ENG

Перейти в Дзен
В мире, Инвестклимат, Интервью

Александр Беспалов: Африка — главная точка роста

О том, почему африканское направление становится одним из самых интересных для бизнеса и инвестиций, о преимуществах, рисках и особенностях взаимодействия мы поговорили с Александром Беспаловым — сооснователем инвестиционно-консалтинговой группы «Афроинвест» и Российско-Африканского международного делового клуба.

Александр Беспалов, сооснователь инвестиционно-консалтинговой группы «Афроинвест» и Российско-Африканского международного делового клуба

Александр, почему африканское направление сейчас становится настолько актуальным? 

— Одна из причин всем очевидна: западные страны для нас практически закрыты, и необходимо искать другие направления. Но гораздо важнее другое: инвестиции на этом континенте в среднем более доходны и более перспективны, чем где-либо еще. Африка — основная точка роста мировой экономики на ближайшие десятки лет. Это огромный континент с большим количеством полезных ископаемых, в который входят 54 государства, его население составляет примерно четверть от всего населения Земли и продолжает стремительно расти, что сильно отличает его от других территорий планеты с точки зрения демографии. Совокупный ВВП десяти ведущих африканских стран превосходит ВВП России и продолжает расти опережающими темпами.

В целом мы считаем, что ряд африканских стран в ближайшее время может повторить путь «азиатских тигров». Уже сейчас здесь вполне можно получить доходность на уровне 20% годовых даже по консервативным инструментам. В Европе такое возможно только в высокоспекулятивных направлениях.

Но в Европе и риски намного ниже… Мы же с детства помним: «Африка ужасна, Африка опасна»

— Для российского инвестора сейчас еще неизвестно, где опаснее. В Европе, как мы знаем, замораживают инвестиционные счета, банки отказывают в обслуживании и так далее, в Африке же практически везде к нам сохраняется лояльное отношение. Там существуют определенные проблемы с гарантиями прав собственности, но постепенно эта проблема решается — например, с помощью особых экономических зон.

Если же говорить про детские страшилки — людоедов, пиратов и Бармалеев, то все уже давно не так. В набедренных повязках с копьями там никто уже не ходит. На сегодня это просто мифы, но мифы, которые до сих пор мешают инвестициям в Африку, в том числе инвестициям российским.

Другое дело, что в некоторых странах существуют внутренние конфликты и реальные проблемы с физической безопасностью, работать там без серьезных охранных структур нельзя. Например, если вы занимаетесь месторождениями алмазов в Конго, то своя охрана вам, конечно, понадобится.

Получается, все-таки в Африке опасно?

— Так ведь никто не заставляет вас заниматься алмазами в Конго! В ЮАР, например, охранные структуры вам не понадобятся от слова «совсем». В Кейптауне сейчас покупают недвижимость миллиардеры, звезды кино и шоубизнеса. Это, по сути, новое Монако. Кстати, рынок недвижимости там стремительно растет, это одно из самых перспективных направлений для инвестиций.

В целом же Африка — огромный континент, страны здесь разные, и в большинстве из них все спокойно, там даже локальных конфликтов нет уже много лет. Если рассматривать север или юго-восток континента, то там можно совершенно спокойно работать — разумеется, с учетом местной специфики. Проблем с безопасностью там ничуть не больше, чем в России.

А как насчет санкционных проблем?

— Они существуют, как и везде. Например, российские банки сейчас не могут эффективно работать на международном уровне. В частности, не могут финансировать торговые операции. Поэтому возникают проблемы с поставками. Все требуют 100% предоплаты или каких-то встречных финансовых гарантий. Раньше вопрос решался через банковские аккредитивы либо через банковское кредитование под торговые операции, и участвовали в этом как раз российские банки — у них больше ликвидности, чем у африканских. Сейчас это практически невозможно. В итоге малому и среднему бизнесу трудно получить какие-то финансовые инструменты, которые позволят эффективно проводить торговые операции.

Но для инвесторов проблемы нередко создают и новые возможности — они могут сами «затыкать» подобные дыры. Обычная логистическая задержка, пока торговое судно идет из Африки в Россию или наоборот, составляет месяц-полтора. Получается, нужно предоставить кредитный механизм на этот срок. Это высокомаржинальный бизнес, с очень хорошей доходностью. По сути, инвесторы могут заменять банки на выгодных для себя условиях.

Какие товары сейчас поставляет Африка нам и мы Африке?

— Традиционно оттуда к нам ввозятся продукты питания: чай, кофе, какао, фрукты. Вино из Южной Африки сейчас присутствует во всех магазинах, хотя еще лет 20–30 назад ничего не было. И, самое главное, полезные ископаемые — те же алмазы, золото, редкие металлы. Многое из того, что раньше мы закупали у Африки через Европу, теперь можно получать напрямую.

Африка же нуждается в огромном количестве товаров и особенно технологий. Если выделять ключевые направления, то это энергетика — с электричеством там очень большие проблемы. Любые технологии в этой сфере будут востребованы: энергетические модули, ветряные и солнечные электростанции, атомная энергетика. Строительство — например, строительство логистических терминалов. Горная промышленность — само собой, ведь Африка — это, по сути, вся таблица Менделеева, там очень много богатых месторождений. Любые технологии по оборудованию, геологоразведке и так далее здесь нужны.

Но и экспорт обычных товаров потребления тоже может выстрелить. Например, очень хорошо пошло российское мороженое: обороты быстро растут, компания очень довольна.

— Растет ли в целом товарооборот между Россией и Африкой? И насколько активно наш бизнес работает на этом континенте?

— Россия в Африке представлена, к сожалению, очень плохо. Мы существенно уступаем западным странам, Китаю, Индии. У нас очень маленький процент торгового оборота, минимальное присутствие по проектам.

Во многом мешают те мифы, о которых мы говорили выше. К тому же исторически наш бизнес привык смотреть прежде всего на Европу. Но сейчас в условиях санкций, когда нас «закрывают» на Западе, нужно менять приоритеты.

Тем более что в Африке к нам относятся очень лояльно. С Китаем они работают осторожно, Запад не любят — там все очень сложно из-за того, что это все были колонии, потом боролись за независимость, этот конфликт еще остался в головах. А с Россией тесные связи сохранились еще со времен СССР. Мы общались с десятками послов за последние полгода и от всех мы слышим: «Приходите, пожалуйста! Мы вам включим зеленый свет, дадим ресурсы, информацию, дипломатическую и государственную поддержку».

А финансовую?

— Нужно понимать, что этот регион все-таки остается относительно небогатым. Зато определенную финансовую поддержку можно получить через российские структуры, прежде всего Российский экспортный центр и Торгово-промышленную палату. В частности, вы можете через них возместить расходы на выставочную деятельность.

Через африканских послов и власти на местах вы можете получить информацию, обзавестись полезными контактами, работать без которых в Африке очень сложно. Также получить информацию можно на крупных мероприятиях, которых становится все больше, и через российско-африканские организации — они сейчас активно развиваются. Речь не только об июльском саммите Россия — Африка. Еще в апреле состоялся первый Афроконгресс, который стал зонтичным брендом для целого ряда организаций. Например, в Москве и Санкт-Петербурге теперь регулярно проходят встречи Российско-Африканского делового клуба. Также могу отметить компанию «Афроинвест», которая облегчает выход на это направление для инвесторов. Очень интересен формат бизнес-миссий — в октябре, в частности, планируется бизнес-миссия в ЮАР. При таком формате можно заранее договориться о встречах с теми чиновниками и бизнесменами, которые вам интересны.

А лично у вас есть опыт бизнеса в Африке?

— Да, конечно. Еще в 2013–2014 году мы работали, в частности, в Зимбабве по редким металлам, также прорабатывали несколько логистических, производственных и энергетических проектов, проекты в области водоочистки. Получился интересный опыт, я сам туда много раз ездил, проехал половину Зимбабве на машине.

Насколько велика разница в менталитете? Мы с африканцами понимаем друг друга?

— Смотря с какой стороны посмотреть. Многие африканцы учились и учатся в нашей стране — в данный момент в РФ обучаются около 28 тысяч африканских студентов. А потом они возвращаются и занимают высокие посты в правительстве и крупных компаниях. В Экваториальной Гвинее, например, 19 из 27 министров учились в нашей стране. Там даже английский не нужен!

Так что африканцы нашу культуру, наш технический уровень и наш менталитет понимают очень неплохо. А вот мы, к сожалению, их понимаем гораздо хуже. Просто так выходить на этот континент без связей и понимания местных реалий будет непросто. И уж точно не получится работать там без местных представителей.

Дистанционные форматы взаимодействия совсем не котируются?

— Нет, такова специфика африканского бизнеса. Пока вы туда не приехали вживую, ничего не получится. Вы можете разговаривать по зуму хоть каждый день, о чем-то договариваться, но это ни на что не повлияет, вы для них останетесь виртуальной сущностью, вас для них просто не существует. Опять-таки, то, что вам покажут на фото и расскажут по телефону, может кардинально отличаться от реальности, особенно если говорить о товарах и оборудовании — нужен собственный контроль, свои проверки. А вот если у вас там компания, есть локальные партнеры, то все быстро сдвигается с мертвой точки.

И в любом случае российский стиль бизнеса вряд ли реален хотя бы по скорости: там никто никуда не торопится. Но это специфика многих жарких стран, в Латинской Америке то же самое: все медленно, размеренно. Нужно учитывать эти тонкости и закладывать время на решение вопросов.

И только за счет локальных партнеров вести работу и ускорять процессы вряд ли реально. Нужны и свои управляющие, свои ключевые специалисты.

А поедут эти специалисты в Африку?

— Почему нет? Во многих местах там можно неплохо жить как в плане климата, так и по деньгам — там все недорого. В отличие от многих стран Европы можно за адекватные деньги снять жилье и вполне комфортно жить. В ЮАР, например, МРОТ сейчас около $250, а средняя зарплата у высококвалифицированных специалистов около $1500–2000 — и на эти деньги там можно получить очень неплохой уровень жизни. Проблем с визами, ВНЖ и т.д. в Африке практически не возникает — в отличие от той же Европы.

Но замечу: релоцировать часть команды необходимо только для ведения бизнеса. Пассивные инвестиции этого совсем не требуют, особенно если вы будете вкладывать средства через инвестиционные фонды.

Следите за нашими новостями в удобном формате
Перейти в Дзен

Предыдущая статьяСледующая статья