ENG
Инвестиции, Инвестклимат, Мнение

Амнистия капиталов 3.0: шанс или риск?

Александр Токарев — директор группы по оказанию услуг в области международного налогообложения КПМГ в России и СНГ

Прошедший год можно охарактеризовать усложнением условий ведения бизнеса за рубежом для российских предпринимателей. Этому способствовали и законодательные инициативы местного и иностранных регуляторов, и ухудшение отношения к отечественным предпринимателям в целом. Например, некоторые наши клиенты отмечали, что зарубежные сервис-провайдеры отказывались с ними работать либо разрывали контракты — часто без объяснения причин. Кольцо вокруг российского бизнеса за рубежом сжимается, но одновременно появляются и новые варианты выхода из него.

Одним из обстоятельств, оказавших значительное влияние на условия ведения предпринимательской деятельности, стало Многостороннее соглашение компетентных органов об автоматическом обмене финансовой информацией (CRS MCAA). С сентября 2018 года ФНС России должна была начать получать в автоматическом режиме информацию о финансовых счетах российских налоговых резидентов и их пассивных компаний, открытых за рубежом. На сегодняшний день желание обмениваться информацией с РФ выразили 90 государств. В их число, помимо Кипра, входят такие любимые россиянами офшорные юрисдикции, как БВО, Белиз, Лихтенштейн, Бермуды, Каймановы и Сейшельские острова. Конечно, получаемый массив информации может быть и, скорее всего, будет использован налоговыми органами в рамках проверок, в том числе по контролируемым иностранным компаниям (КИК), а также для соблюдения валютного законодательства.

Российские бизнесмены стали массово сталкиваться с трудностями в отношении зарубежных банковских счетов. Многие банки теперь запрашивают дополнительную информацию в рамках процедур KYC («знай своего клиента»), в том числе в отношении происхождения капитала, размещённого на счёте. В случае непредоставления такой информации или сомнений в отношении неё банки закрывают счета.

Помимо прибалтийских стран, к битве со счетами россиян подключился Кипр. Если у компании, которая имеет счета в местных банках, нет «достаточного уровня деятельности» (так называемого substance) на Кипре, банки также закрывают счета. Более того, некоторые наши клиенты столкнулись с ситуацией, когда кипрские банки отказывались переводить средства со счетов компаний без достаточного экономического подтверждения транзакций.

Другим существенным ударом по офшорам российского бизнеса стало введение требований необходимости создания экономического присутствия. Напомним, ряд офшорных юрисдикций в конце прошлого года под давлением ОЭСР ввёл в своё законодательство требования о поддержании локального экономического присутствия для компаний, ведущих определённую деятельность, в том числе холдинговую, финансовую, лизинговую, торговую и деятельность в области объектов интеллектуальной собственности. В общем случае такие компании должны иметь в стране своего резидентства офис, персонал, нести определённые расходы, а также осуществлять управление своей основной деятельностью. Данные требования ввели, в частности, БВО, Бермуды, Кайманы, Сейшелы, Багамы, Гернси, Джерси и остров Мэн. Нарушение требований повлечёт штрафы, отказ в применении льгот, исключение из реестра, а также — потенциально — уголовное преследование. Соответственно, новые требования значительно удорожают использование и без того рискованных офшорных компаний (имеются ввиду, в частности, риски в рамках российской деофшоризации).

Это неполный перечень факторов, но, тем не менее, его уже достаточно, чтобы всерьёз заставить российских бизнесменов задуматься о путях отступления. Тем более что в России планируется продление акции под кодовым названием «вернись, я все прощу», а именно: амнистия капиталов 3.0.

Первый этап амнистии действовал с июля 2015 г. по июль 2016 г. и, исходя из нашей практики, не пользовался большой популярностью. Отчасти это было связано с лимитированным предоставлением гарантий и наличием белых пятен в законе, а отчасти с недоверием бизнеса к государственным органам.

В рамках второй волны ситуация кардинально поменялась. Законодатели устранили недоработки первой кампании, а отсутствие громких процессов на основании уже поданных специальных деклараций несколько подняло градус доверия к амнистии среди бизнесменов. В рамках второй волны добровольного декларирования капиталов физические лица — налоговые резиденты РФ — могли задекларировать свои зарубежные активы и валютные счета без необходимости переводить в РФ задекларированное имущество. Параллельно действовала льгота по безналоговой ликвидации, которая позволила физическим лицам без уплаты НДФЛ перевести в РФ активы, в том числе деньги, в рамках ликвидации принадлежащих им иностранных компаний. Но 28 февраля 2019 года вторая амнистия капиталов подошла к концу.

Вполне логично смотрелось бы продление данной кампании. И некоторое время назад Владимир Путин действительно дал соответствующее распоряжение. На сегодняшний день нет какого-либо законопроекта о продлении амнистии. Однако чиновники из Минфина уже обозначили его основные параметры, что позволяет проанализировать положительные и отрицательные для бизнесменов стороны третьего этапа добровольного декларирования. Так, планируемая амнистия 3.0, возможно, не будет автоматическим продлением предшественницы. Гарантии коснутся денежных средств, которые будут переведены в РФ, а также компаний, но при условии их редомициляции в специальные административные районы (САР) — острова Русский и Октябрьский. Также в рамках амнистии предлагается освободить на один год от налогообложения прибыли КИК физических лиц, которые станут резидентами РФ в 2019 г., то есть проведут в большую часть этого года в России.

Исходя из озвученных параметров, продление безналоговой ликвидации пока не планируется. И это, наверное, один из ключевых минусов третьей волны амнистии.

На текущий момент также неясно, какие гарантии даст для физических лиц редомициляция иностранных компаний в САР — будет ли дано освобождение от ответственности в отношении прибыли КИК по такой компании за прошлые периоды, если ранее она не декларировалась? Последующая ликвидация такой компании — даже с пропиской в САР — может привести к налоговым последствиям по НДФЛ. Стоит также учитывать, что для перевода компании в САР необходимо «купить входной билет» — инвестировать в экономику САР 50 млн рублей. В общем, вопросов, которые предстоит решить законодателям при проработке амнистии 3.0, много, и хочется верить, что с третьего раза она достигнет своей цели.

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья