ENG
Это интересно

Война и цены

Когда мы говорим о Великой Отечественной войне, в первую очередь вспоминаем о боях, блокаде Ленинграда, трудностях эвакуации… И совсем не задумываемся о том, как была устроена экономика военного времени. Вернее, та ее часть, которая касалась непосредственно людей — их зарплаты, цены в магазинах, возможность что-то купить. «Инвест-Форсайт» изучал это по данным, предоставленным нам ГУ БР по ЦФО.

Медали участников Великой Отечественной войны. Александр Кряжев / РИА Новости
Медали участников Великой Отечественной войны. Александр Кряжев / РИА Новости

Детей пытались сберечь всеми силами

Собственно, во время войны существовало как бы четыре слоя распределения. Начнем с бесплатного. Особое внимание уделяли детям. Работали молочные кухни, где малышам до 1 года по-прежнему выдавали молоко, жиры, манную крупу, сахар и муку. Дети от 1 до 3 лет получали питание из пищевых станций. В конце 1942-го таким питанием были, по данным Росстата, обеспечены 430 тыс. детей, а к концу 1945-го — уже 960 тыс. младенцев.

Много детей ходили в ясли и детские сады (в годы войны там находились 2,1–2,6 млн малышей). Там они получали полный рацион: на каждого ребенка в яслях полагался 1 кг сахара на месяц, а по карточке — только 400 г. В школах всех городов и рабочих посёлков были введены горячие завтраки. В 1942-м их получали 4 млн школьников, к концу войны — намного больше.

Кроме того, специальные столовые были организованы для детей, нуждавшихся в усиленном и диетическом питании. Там кормили 2 раза в день. Причем на каждого ребенка расходовали продукты сверх положенного по карточке. Например, дети получали на 1,1 кг мяса и рыбы в месяц больше, чем предусматривалось по карточке. Такое питание в конце 1942-го получали, правда, всего 150 тыс. детей, но к концу войны их число выросло до 940 тысяч.

Карточки — без денег не «работают»

Все знают, что хлеб и другие самые необходимые продукты во время войны давали по карточкам. Первые карточки появились у жителей Москвы и Ленинграда, ближайших к ним городов. Но уже к ноябрю 1941-го карточная система распространилась на все городское население страны.

Карточки выдавали ежемесячно. Неотоваренные карточки пропадали. В 1945-м карточки в стране получали 80,6 млн человек. Но немало граждан снабжалось продуктами без карточек — по спискам, заборным книжкам, разовым талонам и др.

Кстати, именно карточки во время войны были самым популярным предметом воровства и подделок. Некоторые воры специализировались на том, чтобы вырвать карточку из рук зазевавшихся владельцев. В осажденном Ленинграде за это приговаривали к расстрелу. Но если воришка попадался на месте, люди могли забить его до смерти: ведь утрата карточки обрекала их (или целую семью) на неминуемую мучительную смерть в блокадном городе.

Мало кто задумывается сегодня о том, что продукты по карточкам были не бесплатными. Их надо было купить. Карточка лишь давала людям право приобрести продукты по нормированным ценам.

А цены эти были минимальными. И за время войны не менялись. Так, литр молока и в 1941-м, и в 1945-м стоил — 2 рубля, 1 кг хлеба — 1 руб., сахара — 5,70 руб., десяток яиц — 6,5 руб., масло сливочное — 25 руб., свинина — 17 руб. Самым дорогим был чай — 80 руб. за кг.

Чтобы понять, дорого это или нет, достаточно посмотреть на средние зарплаты во время войны: у рабочих — 403 руб., у работников здравоохранения — 342 руб., а у тех, кто трудился в совхозах, — 203 руб./мес. Многим помогали ушедшие на фронт родственники — бойцам ведь платили денежное довольствие, правда, у рядовых оно было минимальным (17 руб./мес.), но уже старший сержант получал порядка 250 руб./мес., а у младших офицеров и вовсе были приличные оклады — от 400–500 руб./мес. и выше. Это было существенное подспорье — ведь карточки давали право приобрести лишь необходимый минимум продуктов. Дополнительные продукты можно было купить по коммерческим ценам в магазинах «особой торговли» — Особторга.

Коммерческие, но государственные

В таких магазинах можно было купить продукты уже по более высоким ценам. Хоть эти магазины и назывались коммерческими, они были государственными. А разница между нормированными ценами и коммерческими поступала в бюджет (так называемая спецнаценка).

Цены в этих магазинах за время войны повышались несколько раз. Главным образом на водку, водочные изделия, виноградные вина, пиво и соль, а также на табачные изделия, мыло, парфюмерию и некоторые другие непродовольственные товары. К слову, в течение войны водка дорожала трижды, и в итоге ее цена превысила довоенный уровень в 7 раз. А табачные изделия и парфюмерия за годы войны подорожали в 2 раза. Кстати, продажа алкогольных напитков составляла порядка 16% от общего объема продаж в таких магазинах. А доходы государства от коммерческой торговли в 1945-м составили 85 млрд руб. (более 50% от суммы розничного товарооборота).

Но коммерческие цены все-таки были очень высокими для большинства граждан, поэтому нельзя сказать, чтобы товары в этих магазинах пользовались повышенным спросом. Несмотря на это, коммерческая торговля сыграла определенную роль в увеличении доходной части бюджета, не прибегая к дополнительной эмиссии.

Колхозные рынки

«Базар представляет собой двух-трёх теток с молоком (50 руб. литр) в окружении многих покупателей-красноармейцев. Один, не желая стоять, предложил 60 руб. за литр, другой 70. Так бойцы сами создают цены», — это запись из дневника одного фронтовика.

Если сравнить с нормированной ценой литра молока в 2 руб., становится грустно. Впрочем, нельзя сказать, что в коммерческих магазинах молоко стоило намного дешевле (а нередко и выше, чем на рынках — см. таблицу).

В начале войны колхозные цены резко подскочили (продуктов-то стало меньше), и в 4‑м квартале 1941‑го они превысили довоенный уровень в 3,5 раза. А к середине 1942‑го — уже в 6 раз. Самого высокого уровня колхозные цены достигли в начале 1943‑го: они превысили довоенный уровень в 18 раз (в том числе по хлебу в 34 раза, картофелю — в 20 раз, по молочным продуктам — в 19,7 раз).

Но тут в войне настал перелом, и по мере продвижения Красной Армии на запад началось снижение цен — налаживалось хозяйство, больше производилось продуктов, более разнообразным становился ассортимент в магазинах… Поэтому к концу 1943‑го колхозные цены уже снизились на 10% от максимального уровня, а к концу 1944‑го — в 2,2 раза. Правда, к концу 1945‑го рыночные цены были все еще в 4 раза выше довоенных.

Пальто по купонам

Постепенно начали думать о том, что людям нужна не только еда, но и вещи. Такое снабжение тоже было нормированным (промышленность-то работала в основном на войну), но не по карточкам, а по купонам. Для каждой категории населения была разработана своя «купонная» шкала. Скажем, рабочим и инженерам выдавали по 125 купонов, служащим — 100, иждивенцам, учащимся и детям — 80.

На купоны можно было приобретать все что хочешь. Если, конечно, в магазине был нужный человеку товар. Его можно было приобрести, отдав определенное количество купонов (и, само собой, заплатив деньги). При покупке пары обуви для взрослых нужно было сдать 50 купонов, за пальто — 80, за женское платье (шерстяное или шелковое) — 60, за платье хлопчатобумажное — 40, за пару чулок для детей — 3 купона, за кусок хозяйственного мыла — 2 купона и т.д. 

К концу войны такие купоны получали 60 млн человек. В последние годы войны их отменили и стали продавать горожанам промтовары по специальным ордерам.

А вот сельским жителям купонов вообще не давали. Нужные им вещи свободно продавали через магазины потребкооперации. Правда, были ограничения: сколько и чего можно купить одному человеку. Скажем, х/б или льняных тканей — 6 м, шерстяных — 3 м, обуви — не более одной пары… Преимуществом пользовались учителя, врачи, специалисты сельского хозяйства, семьи военнослужащих и эвакуированные.

Реформа 1947-го

Денежную реформу правительство СССР планировало провести сразу после войны, уже в 1946‑м. Но случился неурожай, и ее отложили до 1947‑го. Больше всех от реформы пострадали те, кто хранил свои деньги дома, — таким гражданам за 10 рублей давали 1. Меньше всего пострадали те, кто держал сбережения в банке: вклады до 3 тыс. руб. меняли на новые деньги один к одному. Льготные условия обмена были и для держателей гособлигаций.

Тем же, у кого суммы вкладов были выше, повезло меньше. Если на сберкнижке у человека лежало от 3 до 10 тыс. руб., он получал новыми купюрами 2/3 от вклада, а если сбережения были солидными (больше 10 тыс. руб.), на руки гражданин получал половину.

В целом реформу можно назвать весьма гуманной. В отличие от «павловской» реформы января 1991-го (которую называют «конфискационной», так как в результате население в одночасье практически лишилось своих сбережений), денежная реформа 1947‑го не привела к обнищанию людей. Кстати, в ее рамках отменили и карточную систему, и коммерческие цены, более того — провели общее снижение цен. А главное: оставили всем ту зарплату, которую люди получали до реформы, — снижения не было.

Автор: Елена Скворцова

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Нравятся материалы «Инвест-Форсайта»? Подпишитесь на рассылку «Самое интересное сегодня»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья