ENG
Инвестклимат, Интервью

Дмитрий Орешкин: «Население живет в когнитивном диссонансе»

2019 год может вполне принести мировой экономике очередной глобальный кризис. В числе ключевых факторов, подстегивающих развитие последнего, аналитики называют падение цены на нефть. Затронет ли он Россию и сможет ли отечественная экономика динамично развиваться в ближайшие несколько лет? Не исключено, что темпы роста последней все же покажут снижение, полагают эксперты. Своим прогнозом относительно экономических трендов 2019 года, а также оценкой итогов, с которыми страна вступила в новый год, поделился с «Инвест-Форсайтом» независимый политолог, политический географ Дмитрий Орешкин, основатель аналитической группы «Меркатор». Интервью взято в рамках Гайдаровского форума, организованного РАНХиГС.

Дмитрий Борисович, с каким экономическим багажом Россия вступила в 2019 год? Какие подводите итоги?

— Судя по тому, что премьер-министр Дмитрий Медведев решил «освободить» страну от такого показателя, как ВВП, дела плохи. В общем, это неудивительно, потому что в 2014 году ВВП был, грубо говоря, $2,1 триллиона, а сейчас он уменьшился до $1,5 триллионов в лучшем случае. Рубль же упал, поэтому пересчет в доллары плохой. Судя по тому, что пытаются поправить систему показателей, особенно похвастать нечем. И все это чувствуют. Цены растут: помидоры на 22%, огурцы на 30%, мясо на 15%. В целом, показатель инфляции составил 4,3%, что тоже больше, чем обещалось.

— Какие перспективы на 2019 год? 

— Перспективы плохие; это, в общем, даже признано наверху, особенно на первое полугодие. Может быть, к концу года получше будет, но я, честно говоря, не понимаю, что может измениться. Если только цена на нефть поднимется опять. Это, конечно, печально, но много раз говорилось. Так что у меня довольно нерадостные впечатления, хотя с точки зрения экспертной можно было бы гордиться тем, что все было давно предсказано. Предсказать — дело нехитрое, потому что тренд, в общем, идет вниз, и довольно давно. Как выбираться? Вот это самое трудное: никто нам не подскажет, как это сделать.

— Чего ждать в экономике?

— Дальнейшего повышения цен, дальнейшего снижения бизнес-активности, потому что увеличиваются те же самые налоговые изъятия, дальнейшего роста духоподъемной риторики. Если плохи дела с объективной реальностью, надо сосредоточиться на ощущениях. Ленин говорил, что материя есть объективная реальность, данная нам в ощущениях. Поскольку с объективной реальностью сладить не можем, можем сладить с ощущениями.

— Стоит ли ждать укрепления рубля? 

— Укрепления — вряд ли: оснований для этого я, например, совершенно не вижу. Дай бог, чтоб не слишком сильно просел. Тут надо должное отдать Центробанку. Они в том коридоре возможностей, куда поставлены государственной политикой, делают все, что могут. Если нужно заниматься дедолларизацией, значит покупают юани. Правда, курс юаня возьми и упади, потому что обозначилась кризисная ситуация между Пекином и Вашингтоном. На этом деле Центробанк, насколько понимаю, шесть-семь миллиардов долларов потерял, потому что переложился из долларов в юани, а юани оказались хуже, чем доллары.

— На форуме уже звучала критика политики Центробанка. А как вы вообще оцениваете перспективы дедолларизации? Надо ли все-таки Центробанку держать активы в разных корзинах?

— Если мы хотим эффективности в хозяйственном смысле, тогда как любой человек понимает, лучше держать деньги в чем-нибудь надежном типа евро или долларов. Все равно это лучше, чем юани. Но сверху дается указание, что доллары — вражеская валюта, из них выходим. А куда выходим? Можно выйти в золото. А золото тоже не растет. Можно выйти в евро. Можно выйти в фунты, что опять плохо: фунты — вражеская валюта. Когда доминирует политический интерес, экономика приносится в жертву.

— Такие экономические решения, как увеличение НДС, налог на самозанятых, в этом ключе происходят?

— Не от хорошей жизни делаются. Государству не хватает денег на выполнение, в частности президентских решений. Но дело даже не в этом: не хватает денег на кормление регионов. Я как географ очень хорошо это понимаю. Идеология такая: чем мы шире, тем богаче. На самом деле на Крым надо 125‑150 миллиардов рублей в год. Деньги нужно откуда-то взять. Значит, берут из других регионов. Построили Крымский мост — не построили мост через реку Лена в Якутии. Деньги-то нарисовать можно, конечно, но не слишком много. Это не самая лучшая мера. Поэтому получается, что денег не хватает. Не от хорошей жизни пенсионную реформу провели.

— Как вы ее оцениваете?

— Как раз пенсионная реформа 250, грубо говоря, миллиардов рублей в год сэкономит. Если вы возьмете Крым, плюс ДНР и ЛНР, которые тоже надо подкармливать, — как раз получится примерно то самое. Тем, что «соскоблили» с пенсионеров, платим за геополитические приобретения. Теоретически люди думают, повторю, что чем мы шире, тем богаче. На самом деле, в отличие от XIX века, территория — это то, за что надо платить, куда надо все время инвестировать: в людей, образование, здравоохранение, транспортную инфраструктуру. Все это надо строить, для этого нужны деньги. Поэтому народонаселение живет в постоянном когнитивном диссонансе. Вроде как приподнялись мы с колен, а жизнь лучше не становится. Что делать? Советский Союз на том и стоял. Мы все время ходили с затянутыми поясами, зато были впереди планеты всей.

— Как будут чувствовать себя регионы с точки зрения получения средств? 

— Плохо будут чувствовать. Опять же, мне неприятно озвучивать такие прогнозы, но — плохо. Логика вертикальной власти заключается в том, что регионы должны быть послушными, должны руководиться из центра. Де-факто восстанавливается унитарная модель управления. Чтобы регионы были послушными, они должны быть бедными. В лихие 90-е было 20-25 регионов доноров, при том что общий доход был гораздо ниже. Сейчас хорошо, если десяток есть. Нефтяные севера, Татарстан, Москва, Санкт-Петербург — супергорода, которые во всем мире производят в пересчете на душу городского населения в два-три раза больше, чем в среднем по стране. Получается, что регионы будут на централизованном «кормлении» без стимулов для собственного развития. Если им позволить быть богатыми, бог знает, как они себя поведут. Политические приоритеты опять доминируют над приоритетами экономического развития: пусть будут бедными, но послушными, чем богатыми, но самовольными. Вот такая логика. Так, что насчет регионов ничего хорошего, боюсь, пообещать не могу.

— А в целом российской экономике стоит ждать роста? 

— Думаю, падения быть не должно, но и роста тоже. Скорее всего, создастся какая-то стагнация. Станем где-то около одного, в лучшем случае полутора триллиона долларов иметь ВВП в год. Нам об этом не будут говорить, чтобы зря не расстраивать.

Беседовала Ольга Блинова

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья