ENG
Интервью, Финансы, Это интересно

Евгений Пен: Жертвователями движет любовь

Эндаумент-фонды — целевые фонды, созданные за счет средств жертвователей для финансирования вузов или музеев — относительно новое для России явление. Они начали появляться в 2000-х гг., сегодня в стране уже действует более 60 таких фондов. Исполнительный директор Эндаумент-фонда СПбГУ Евгений Пен рассказал в интервью «Инвест-Форсайту» о том, как работает эндаумент в России, зачем он нужен и почему российские эндаумент-фонды отстали от западных почти на 100 лет.

— Евгений Александрович, расскажите об эндаумент-фонде Санкт-Петербургского государственного университета. Сколько ему лет? Как он работает?

— В этом году фонду исполнится 11 лет, его основали сотрудники СПбГУ. Чистый капитал фонда составляет 1 млрд 45 млн рублей. Сумма, которая находится в управлении, несколько больше.

— Как в фонд поступают деньги?

— Жертвователи передают деньги по-разному: кто-то заключает с фондом прямые договоры, кто-то пишет заявления о перечислении зарплаты в фонд.

— С какой целью жертвователи передают деньги?

— Мотивация всегда разная, классическая — это любовь к альма-матер. Выпускники вузов перечисляют деньги в фонд, так как хотят что-то изменить и улучшить в университете. Некоторые сотрудничают с эндаумент-фондом с целью саморекламы, они хотят связать свое имя со знаменитым университетом.

— То есть большинство передают деньги в фонд безвозмездно?

— Да, это благотворительные деньги, просто они расходуются на улучшение образовательной деятельности.

— Вот деньги поступили в фонд. А как дальше фонд ими распоряжается?

— Фонд вначале отдает деньги управляющей компании, она размещает их на рынке, получает доход и перечисляет по запросу в фонд. А фонд уже переводит эти деньги на те цели, которые изначально и указывали жертвователи. Если жертвователь сказал, что хочет учредить именную стипендию, то когда появляется доход, деньги направляются на эти цели. В целом доход от деятельности эндаумент-фонда поступает в самые разные проекты университета: это стипендиальные программы универсантов, оплата конференций и членских взносов международных организаций, финансирование научного парка. Кроме того, это финансирование изданий университета, финансирование разных текущих нужд, связанных с образовательной и научной деятельностью. Это реконструкция исторических памятников на территории университета, финансирование программы стартапов. Самые разные цели. За 2018 год общая сумма пожертвований Фонду составила 7,3 млн рублей. Эти деньги будут распределены более чем на 25 различных направлений.

— В России не так много эндаумент-проектов. Почему?

— Да, сейчас в стране не более 60 эндаумент-фондов. Это мало. Все потому что мы не успели перенять западный опыт. Другая причина кроется в том, что население нашей страны достаточно бедное, у них просто нет денег на пожертвования. Есть третий фактор: на Западе культурная общность между выпускниками, скажем, Оксфорда значительно выше, чем между выпускниками ведущих российских вузов. Выпускники на Западе считают долгом тратить деньги на развитие альма-матер. В России такой культуры пока нет.

— Эндаумент-фонды работают, как правило, в области образования?

— Да, они связаны с образованием и культурой. Есть эндаумент-фонд у Петергофа, «Эрмитажа», Мариинского театра. Есть даже у «Сколково», хотя такие проекты скорее исключение.

— А какие эндаумент-фонды у нас самые крупные?

— Наш фонд СПбГУ, МГИМО, Европейского университета в Санкт-Петербурге.

— Какие показатели эффективности есть у эндаумент-фондов?

— Самый эффективный эндаумент-фонд — тот, который быстрее всего растет и эффективнее других распределяет средства.

— Есть ли разница между российским и зарубежным эндаументом?

— По сути нету. Разница только в масштабах. Например, возьмем эндаумент-фонд Массачусетского университета или Оксфорда: им больше ста лет, а нашему фонду чуть больше 10-ти. У западных эндаумент-фондов капитал в 40 млрд евро или долларов, у нашего — всего 1 млрд рублей. Разница ощутима.

— А модель управления у российских и западных фондов одинаковая?

— Да. Та же самая, хотя везде разное законодательство, но принцип работы один.

— Ваш фонд проводит конкурс стартапов. Расскажите подробнее о нем. Как идет отбор проектов? Какие требования к участникам?

— Конкурс проводится в формате «бизнес плюс наука» среди студентов и аспирантов СПбГУ. То есть студенты предлагают не просто научные разработки, но и то, как можно заработать на них, создать полноценный бизнес-проект. Другими словами, мы учим студентов зарабатывать на своих проектах. Студенты для участия в конкурсе собирают команду, в ней должны быть представители не менее трех направлений подготовки. То есть среди создателей проекта должен обязательно быть, скажем, экономист, химик и физик. Это нужно, чтобы студенты разных специальностей учились взаимодействовать друг с другом.

Сначала мы ведем заочный конкурсный отбор, в ходе которого отсеиваем проекты, не соответствующие формальным критериям. Затем проходит очный отбор. Финалисты проекта получают дополнительную стипендию, участвуют в специальной образовательной программе, в рамках которой им преподают экономику, бухучет. Рассказываем о правовой охране результатов интеллектуальной деятельности. В финале победителей ждут призы: команде за первое место выплачивают 300 тыс. рублей, за второе — 200 тыс. рублей, за третье — 100 тыс. рублей. Плюс есть еще два гранта в размере 1 млн рублей и 700 тыс. рублей — эти деньги выдаются на развитие проекта, если кто-то из победителей решит создать малое предприятие при университете. Как оказалось, современные студенты достаточно креативны и, как правило, предлагают интересные технологии. Однако когда дело доходит до реализации, у многих начинаются проблемы.

Кто-то из участников конкурса уже реализовал свои проекты?

— Создать стартап, приносящий большой доход, пока не смог никто. Однако один проект, получивший 1 млн на создание малого предприятия, близок к успеху. Ребята ждут получения патента, у них уже есть потенциальные покупатели.

— Что это за технология?

— Ребята придумали полифункциональное покрытие, добавку в краску. Когда этой краской покрываешь стены, она препятствует размножению бактерий. Студенты покрыли такой краской часть свинарника и общественный туалет. Сфотографировали покрытие до и после. Как оказалось, это крайне эффективный метод для борьбы с бактериями — его можно использовать, например, в общепите.

— Много ли в конкурсе участвует проектов, связанных с цифровыми технологиями?

— В этом году 15-20% участников представили проекты в области цифровизации. В первый год проведения конкурса таких проектов было значительно больше, около 50%. Студенты создавали различные приложения для смартфонов и т. д.

— И наконец, последний вопрос: какие, на ваш взгляд, перспективы у эндаумента в России? Что мешает развитию этой области?

— Западным вузам на развитие эндаумента понадобилось 100 лет. В России, я надеюсь, эндаумент-фонды станут нормой через 10 лет, тогда начнется их активное развитие. С точки зрения законодательства здесь есть несколько моментов. Физическим лицам никто не мешает сотрудничать с эндаумент-фондами, никаких ограничений для них нет. А вот для юрлиц было бы неплохо ввести льготы, если они перечисляют деньги в эндаумент-фонды. Например, в ЕС два года назад ввели существенные послабления, касающиеся налогообложения для жертвователей в эндаумент-проекты. В результате у них резко выросли объемы привлеченных средств. Если в России такие изменения тоже произойдут, то сфера эндаумента получит колоссальный толчок для развития.

Беседовал Александр Столяров

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья