ENG
Добавить в избранное
Инвестиции, Мнение

Импакт-инвестиции и государство

Оксана Косаченко

Оксана Косаченко

Президент Благотворительного фонда «Система»

Стоящие перед человечеством глобальные, в частности климатические, проблемы столь серьезны, что сегодня становится очевидным: справиться с ними можно, только объединив усилия всех секторов — государственного, частного и некоммерческого. Теоретически частный бизнес может стать могучим инструментом решения любой значимой социальной задачи, поскольку бизнес в принципе способен сосредотачивать на нужных направлениях большие финансовые ресурсы, к тому же частные корпорации в последние десятилетия стали важнейшим источником инновационных технологических разработок. Важной приметой подключения коммерческого сектора к решению проблем устойчивого развития стало появление понятия «импакт-инвестиций», которые также называют «социально-преобразующими инвестициями» и «инвестициями прямого воздействия». 

Фото: depositphotos.com
Фото: depositphotos.com

Поскольку тема социальной ответственности бизнеса становится все более популярной, а интерес к ней увеличивается как благодаря мерам государственной политики, так и благодаря общественному давлению на корпорации, то и тема «импакт-инвестиций» постепенно становится все более модной.

Например, в 2019 году более 180 крупнейших компаний США выступили с совместным заявлением, в котором провозгласили, что цель максимального увеличения прибыли акционеров заменяется работой «на благо всех американцев». Под заявлением стоят подписи таких компаний, как Amazon, American Express, Apple, Accenture, Caterpillar, Coca-Cola, Citigroup, Deloitte, Ford Motor, IBM, Jacobs.

Бум импакт-инвестиций начался примерно 6 лет назад. Как всякое новое дело, оно росло стремительными темпами без эффекта низкой базы. Согласно исследованию Global Impact Investing Network (Annual Impact Investor Survey), объем мирового рынка инвестиций социального действия с 2015-го по 2018 год увеличился в 33 раза — с $15 млрд до $502 млрд. В настоящее время в мире объем импакт-инвестиций составляет от $636 млрд (по оценке International Finance Corporation) до $715 млрд (по оценке GIIN). Это примерно 1% от общего объема мировых активов под управлением.

Такие крупнейшие институциональные инвесторы и управляющие капиталом, как Bain Capital, BlackRock, Credit Suisse, Goldman Sachs, JPMorgan Chase, уже добавили их в свой основной портфель. Самый популярный инструмент социально ответственного инвестирования — «зеленые» облигации: долговые ценные бумаги, с помощью которых привлекаются средства для финансирования экологических проектов.

Таким образом, импакт-инвестиции стали на Западе неотъемлемой составной частью инвестиционного бизнеса. Однако, как видно из приведенных выше цифр, темпы их роста постепенно стали замедляться; требовались особые усилия, чтобы индустрия продолжила развиваться.

Тут мы встаем перед очень важной проблемой роли государства в развитии рынка импакт-инвестиций. Главная проблема этого класса активов заключается в том, что поскольку их цель — не только получение прибыли, но и достижение полезного социального эффекта, то и их доходность с большой вероятностью ниже рыночной. Уверенности, что такого рода проекты смогут привлекать все большее число инвесторов только за счет моральных стимулов, нет.

Мы знаем, что правительства разных стран наработали уже довольно большой опыт в сфере стимулирования разного рода полезных проектов, например в сфере электротранспорта и зеленой энергетики. Поэтому дело заключается прежде всего в том, чтобы проблема импакт-инвестиций вошла в «повестку дня» законодателей и правительств. К числу возможных мер их поддержки могут быть отнесены налоговые и иные льготы, а также создание особых государственных фондов импакт-инвестиций либо подключение последних к средствам фондов развития.

Но тут мы сталкиваемся еще с одной, чисто технической, проблемой — измеримостью полезного эффекта от импакт-инвестиций. Очевидно, что если мы ставим вопрос о государственном стимулировании, объем стимулов должен быть привязан не только и не столько к сумме инвестиций, сколько к полезному эффекту, который достигается благодаря реализации инвестпроекта.

Тут важно использовать международный опыт. Над проблемой измеримости импакт-эффекта сейчас работают сотни экспертов и организаций, объединенных в международный проект Impact Management Project. Для оценки эффекта от реализации проекта активно внедряются новые технологии, например оптимизация используемых при анализе данных (learn data — фонд Acumen), блокчейн и другие.

При этом надо иметь в виду, что государство, которое решило бы внедрять систему поддержки инвестиций социального действия, должно будет решить ряд регулятивных проблем, в частности закрепить понятие «социальное предпринимательство» на законодательном уровне, быть может, создать специальные организационно-правовые формы для компаний, которые могут привлечь импакт-инвестиции.

Особые организационно-правовые формы для социальных предприятий нужны и для защиты импакт-инвесторов от рисков. К числу защитных мер, применяемых за рубежом, относится блокировка активов, то есть невозможность вывести их из капитала социального предприятия в случае банкротства и передать другому такому предприятию. Также законодательно могут быть закреплены приоритет социальной миссии предприятия и обязательная социальная и экологическая отчетность. Защите от рисков также помогают системы рейтингования и сертификации социальных предприятий на основе независимой оценки их деятельности.

Кроме создания стимулов, роль государства может заключаться в том, чтобы обеспечить допуск к импакт-активам для тех коллективных инвесторов, чьи портфели регулируются государством. В частности, в Великобритании, Японии и Австралии импакт-инвестиции официально разрешено включать в портфели пенсионных фондов.

Еще одной формой участия государства в данном рынке может быть грантовая поддержка. Представляется, что государственные гранты в данном случае должны идти на покрытие некоторых организационных издержек готовящихся к привлечению инвестиций социальных проектов, то есть должны выделяться на прединвестиционную подготовку, на оплату независимой оценки, сертификации, консалтинговых услуг. Тут стоит заметить, что в некоторых случаях источником таких грантов может быть не государство, а биржа или площадка, на которой будут размещаться ценные бумаги проекта.

Нельзя также не упомянуть такую форму импакт-инвестирования с участием государства, как применяемые в некоторых странах облигации социального воздействия (SIB, Social Impact Bond). Выплату дохода на инвестиции по этим облигациям осуществляет государство в размере, зависящем от достигнутого результата, но уже после достижения поставленной социальной цели и после того, как весь проект финансировался частным инвестором. Первый SIB был выпущен в Великобритании, которая вообще является одной из передовых стран в сфере поощрения импакт-инвестирования. В настоящее время в мире было выпущено 218 SIB, из которых завершено 41 и порядка 170 находятся в стадии реализации. Объем привлеченных благодаря SIB инвестиций составляет около $500 млн.

В России первой ласточкой заботы государства об импакт-инвестировании стала государственная программа Проектов социального воздействия. С 2019 года оператором ПСВ определен ВЭБ. На сегодняшний момент в России реализуются 5 проектов социального воздействия: по одному в сферах образования и здравоохранения и 3 в социальной сфере. 4 из 5 проектов реализуются на Дальнем Востоке. Объем частных инвестиций составил более 200 млн рублей. В высокой стадии проработки еще 7 проектов.

Данная программа позволяет наработать первый опыт в оценке и нормативном регулировании импакт-инвестиций, на основе которого Россия могла бы создать в будущем всеобъемлющую систему поощрения проектов социального воздействия.

Колонка подготовлена в рамках дискуссии на Восточном экономическом форуме


Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Наши телеграм-каналы:
Стартапы и технологии
Новые бизнес-тренды
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья