ENG
В мире

Либеральный Узбекистан?

В начале февраля Deutsche Bank выделил $192,5 млн двум узбекским банкам — Xalq Bank и Asaka. 

Президент Республики Узбекистан Шавкат Мирзиёев. Сергей Гунеев / РИА Новости
Президент Республики Узбекистан Шавкат Мирзиёев. Сергей Гунеев / РИА Новости

Интересна, впрочем, может быть не сама сделка, а тот комментарий, которым немецкий банк снабдил свое решение:

«Недавние политические и ориентированные на рынок реформы сделали Узбекистан прочно привлекательным для международного сообщества инвесторов, в том числе ряда институциональных клиентов Deutsche Bank».

Хрущев, Горбачев, Косыгин

Таким образом, нынешний кредит узбекским банкам стал продолжением длинной политической истории, начавшейся в 2016 году, когда умер президент Узбекистана Ислам Каримов, а его место занял Шавкат Мирзиёев, до того бывший премьер-министром страны, а еще ранее — хокимом (губернатором) Самаркандской области. Отец нынешнего президента был врачом и главой районного туберкулёзного диспансера, сам глава государства по образованию инженер и начинал свою карьеру научным сотрудником в Ташкентском институте мелиорации и механизации сельского хозяйства, где в советское время стал доцентом и проректором по учебной работе. В политику будущий глава государства пошел только после 1990 года.

Правление Шавката Мирзиёева началось с комплексных реформ, которые уже успели сравнить и с хрущевской оттепелью, и с горбачевской перестройкой. Рассказать о реформах вкратце трудно, поскольку они охватывают буквально все сферы жизни — от освобождения из тюрем политических заключенных до внедрения электронных госуслуг, реформы почты, здравоохранения и армии. Кстати, начался перевод узбекского языка на латиницу. Реформаторский пыл Шавката Мирзиёева был оценен даже таким «внешним наблюдателем», как президент Беларуси Александр Лукашенко, который в начале февраля сказал о своем узбекском коллеге:

«Я даже побаиваюсь иногда, когда начинаю с ним разговаривать о планах Узбекистана, — не слишком ли резко он взялся за все. Но пока все получается». 

Бывший президент Кыргызстана Оскар Акаев в одном из своих интервью сказа о Шавкате Мирзиёеве:

«Если его политика получит последовательное воплощение в реальных делах, то лет через десять мы действительно увидим “Новый Узбекистан” — подлинно демократическую страну, с процветающей цифровой экономикой и благополучным социально сплоченным населением. Это и будет результатом, демонстрирующим нынешний процесс узбекского ренессанса».

Акаев даже сказал, что президент Мирзиёев:

«Напоминает выдающегося главу советского правительства А. Н. Косыгина».

Убрать хлопок без медсестер

В сельском хозяйстве республики началось наконец избавление от остатков советских (и в то же время феодальных) порядков, которые заключались в том, что вся земля принадлежала государству, фермеры-арендаторы получали от него госзаказ на поставки определенных объемов хлопка и зерна, а множество горожан, включая детей, принудительно мобилизовывались на уборку хлопка. Принудительный труд вызывал множество нареканий за рубежом, на Западе были сделаны даже попытки бойкота узбекского хлопка, но теперь использование принудительного труда стало уменьшаться: по данным Международной организации труда, 96% рабочих на сборе хлопка в 2020 году работали свободно, систематический набор студентов, учителей, врачей и медсестер полностью прекратился, доля сборщиков хлопка, принужденных к работе, была на 33% ниже, чем в 2019 году.

«Прогресс, который мы наблюдаем в уборке урожая 2020 года, показывает, что у Узбекистана есть потенциал окончательно отказаться от принудительного труда. Мы увидели много положительных изменений, но ключевые элементы системы принудительного труда остались, плюс появились некоторые новые нарушения», — заявила Умида Ниязова, директор находящегося в Берлине Узбекского форума по правам человека.

Одновременно в Узбекистане наконец была разрешена частная покупка земли. Самое же главное — в 2020 году в сельском хозяйстве республики впервые была отменена система госзаказа. Теперь фермеры получили возможность продавать продукцию куда хотят, однако это далеко не всегда означало свободу для фермеров, поскольку в аграрном секторе страны появились новые субъекты — т.н. «кластеры», фактически агрокорпорации, выстраиваемые вокруг перерабатывающих предприятий (в частности, хлопковые кластеры — вокруг текстильных комбинатов). Часть фермерской земли досталась кластерам, а в некоторых районах фермерам некуда деваться от заключения договоров с кластерами, поскольку те являются фактически монопольными покупателями сельхозпродукции.

Тотальная либерализация

Так или иначе, экономика переходит на более рыночные рельсы. В октябре 2020 года президент Узбекистана подписал указ об ускоренной приватизации, и в число 62 активов, выставляемых на публичные торги, вошли 6 строительных организаций, 2 химических завода, 4 нефтегазовых компании, 2 мобильных оператора, 5 винодельческих заводов и т.д. Было сообщение, что пакет акций ташкентского полупроводникового завода «Фотон» хотят предложить российским инвесторам.

Идет долгосрочная налоговая реформа; уже были снижены ставки целого ряда налогов: налога на прибыль — с 14% до 12 %, налога на имущество — с 5% до 2%, власти отказались от прогрессивного НДФЛ и ввели плоскую ставку в размере 12%, единый социальный платеж упал с 25% до 12%.

Наконец, Узбекистан начал открывать свою экономику. На дипломатическом фронте были улучшены отношения с ближайшими соседями. Узбекистан вошел в качестве наблюдателя в ЕАЭС. Был легализован валютный рынок (до того валюта по рыночному курсу покупалась в стране только «из-под полы»), населению было разрешено выезжать за границу без выездных виз. Были отменены ограничения и монополии в сфере внешней торговли. В правительство были приглашены советники из Германии, Турции, Южной Кореи; параллельно начались переговоры с крупными иностранными инвесторами.

Каковы экономические последствия всех этих реформ?

Рост и долги

По крайней мере, цифры экономического роста показывают, что в последние годы Узбекистан является самой быстроразвивающейся страной СНГ.

Прирост ВВП, %

Страна 2017 2018 2019
Узбекистан 4,5 5,5 5,6
Казахстан 4,1 4,1 4,5
Россия 1,8 2,5 1,3
Украина 2,5 3,4 3,2
Грузия 4,8 4,9 5,0
Белоруссия 2,5 3,1 1,2

Источник: Всемирный банк

В индексе легкости ведения бизнеса Всемирного банка за последние 5 лет Узбекистан поднялся с 85-го места на 69-е. По итогам 2019 года журнал The Economist признал Узбекистан страной года, указав, что среднеазиатская страна совершила «качественный скачок в развитии от старомодной постсоветской диктатуры с закрытым обществом к стремительно интегрирующейся в мировую экономику молодой нации».

Открытие рынка закономерно привело к росту импорта, ведь до 2017 года Узбекистан различными тарифными и акцизными мерами фактически защищал внутренний рынок от импорта более чем 3 тысяч наименований товаров. После того как ограничения начали сниматься, объем импорта за 3 года (2017–2019) вырос с $12 млрд до $22 млрд (экспорт благодаря либерализации внешней торговли тоже вырос, но не так сильно — c $10 до $15 млрд). По данным узбекского Центробанка, в 2018–2020 гг. доля импорта в совокупном конечном потреблении колеблется от 48% до 63%. От либерализации узбекского экспорта выигрывает, кстати, и Россия, например: в 2020 году Россия экспортировала в Узбекистан продовольственных товаров на $689 млн — примерно в 1,5 раза больше, чем годом ранее, причем Узбекистан вошел в четверку крупнейших покупателей российского подсолнечного масла (вместе с Китаем, Турцией и Индией).

При этом в стране начался кредитный бум, что отчасти объясняется необходимостью финансировать растущий импорт. Именно поэтому узбекские банки и обратились за финансированием к Deutsche Bank.

«Показатель отношения кредитов к ВВП демонстрирует ускоренный рост и с 2017 года пересек линию средних значений для развивающихся стран, составив 48% по итогам III квартала 2020 года, — говорится в материалах ЦБ Узбекистана, — данный рост объясняется более быстрым ростом кредитования в сравнении с ростом экономики. Наблюдаемый рост кредитов к ВВП представляется естественным процессом в условиях либерализации и активного проведения социально-экономических реформ в Узбекистане. Однако скорость и траектория этого роста является относительно быстрой по сравнению с другими развивающимися странами». 

Узбекский регулятор — вслед за российской коллегой — тоже начал задумываться о проблеме роста долговой нагрузки населения. Тем более что рыночные реформы включали и такую непопулярную среди рядовых граждан меру, как отмена государственных дотаций на продукты первой необходимости — хлеб и хлопковое масло.

Нужны деньги

Рост кредитования, необходимость финансирования структурных реформ повысили потребность страны во внешних кредитах — и очень кстати пришлось улучшение репутации Узбекистана в глазах международных организаций и банков. В ноябре 2017 г. в Ташкенте был открыт офис ЕБРР, который сразу же дал стране взаймы $120 млн. Азиатский банк развития предоставил займы в размере $573 млн, Всемирный банк в 2019–2020 годах дважды одобрял кредиты по $500 млн. Европейским союзом был создан Фонд экономической помощи Узбекистану с капиталом в 168 млн евро, за счет чего осуществляется финансирование 25 совместных проектов в сфере промышленности, бизнеса, социального развития, образования, экологии и туризма. Сейчас Узбекистан и Всемирный банк разрабатывают программу сотрудничества до 2026 года. Кроме того, в прошлом году Узбекистан получил более $1 миллиарда в виде кредитов от Всемирного банка, Азиатского банка развития и Международного валютного фонда для борьбы с коронавирусом.

Все это предсказуемо привело к тому, что страна начала наращивать внешний долг. С 2017 года по 1 октября 2020-го объем внешнего долга страны почти удвоился, вырос с $17 млрд до $29 млрд — в основном за счет государственного внешнего долга, превысив 40% ВВП. При этом государственный долг в 2020 году увеличился с 29% до 36% ВВП. Бюджет страны дефицитен — и дефицит держится на уровне 4% ВВП.

Пока еще у узбекских финансов есть резервы прочности, и стоит надеяться, что страна преодолеет все трудности. Пандемия ударила по Узбекистану так же, как по всем: темпы роста ВВП, по оценкам экономистов, в 2020 году упали до 0,7%. Но есть надежда, что узбекский эксперимент будет напоминанием и другим странам мира о необходимости проведения реформ.

Автор: Константин Фрумкин

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья