ENG
Интервью, Прогнозы, Финансы

Сергей Арутюнов: «Долговой кризис возможен уже этой осенью»

Сфера кредитования часто более болезненно, чем другие сектора экономики, реагирует на экономический спад. Об этом, а также о непредусмотренных последствиях тех мер, которые приняло государство для облегчения людям долгового бремени, «Инвест-Форсайт» беседует с управляющим директором кредитного сервиса «Финансовые эксперты» Сергеем Арутюновым.  

В преддверии кризиса

— Сергей Эдуардович, что сейчас происходит на кредитном рынке?

— На мой взгляд, и, думаю, со мной согласятся многие, сейчас участники практически всех сфер (и не только финансового сектора) столкнулись с ситуацией, когда у людей нет понимания, что делать, как вести деятельность в сложившихся реалиях и как долго это все будет продолжаться. Следует отметить, что первая волна шока для некоторых компаний уже прошла, и они пробуют открыть для себя новый мир онлайна.

В кредитовании все сейчас намного сложнее. Так, мы наблюдаем тенденцию, когда банки перестают кредитовать. Несмотря на то, что многие принимают заявки клиентов, выдавать кредиты будут после карантина. Возможно, это связано с не так давно выпущенными президентом нашей страны указами, которые расширили перечень заемщиков, имеющих право претендовать на кредитные каникулы, рассрочки и рефинансирование. И мы ожидаем, что будут еще указы, которые снова расширят перечень этих лиц.

Как показывает практика, сложившаяся за последние недели, каждый банк трактует указы главы государства к собственной выгоде. К примеру, установленное право на предоставление рассрочки не более чем на шесть месяцев в реальности выливается в то, что клиентам дают рассрочку до трех месяцев. Между тем у многих граждан сейчас падают доходы, так как введенные правительством меры приводят к тому, что работодатели вынуждены либо отправлять сотрудников на удаленку с сокращением часов работы, из-за чего доход таких сотрудников уменьшается, либо полностью приостанавливать деятельность, отправляя весь персонал в простой (а это сокращает размер заработной платы до 2/3 заработка). Я уже не говорю про тех, кто все еще работает в серую или черную.

И, конечно, апогеем всего этого служит требование банков к клиентам предоставить подтверждение того, что их доход упал. Если в случае с теми категориями граждан, которые получают официальные заработные платы, все более или менее понятно, то те, кто имел серый и черный доход, с большой долей вероятности не смогут подтвердить банку право на рассрочку, отсрочку и кредитные каникулы. Но даже если они ее получат, тут тоже не все так просто.

— Почему?

— Я просчитал. Если с компанией, которая предоставляла человеку работу, что-то произойдет, и сотрудник окажется на улице, ему понадобится какое-то время, чтобы найти новую работу. Этот период называют «фрикционной безработицей». У нас в России, по данным из открытых источников, ее средняя продолжительность составляет около 3 месяцев. Не факт, что человек успеет найти работу за время кредитных каникул, в особенности если в стране будут продолжать действовать ограничительные меры, которые фактически блокируют деятельность многих компаний. А с учетом того, что в России люди сильно закредитованы, свыше 11% заемщиков тратят более 50% своих доходов на выплату по кредитным обязательствам. Для таких людей 2 месяца просрочки приведут к тому, что штрафы и пени достигнут уровня, после которого погашение становится невозможным.

Второй момент. Мы сейчас активно наблюдаем, что многие компании пытаются уйти в онлайн, и, я думаю, у многих это получится. Те, кто выживет, скорее всего, закрепятся в онлайне.

— Как вы полагаете, какая разновидность кредитов будет наиболее уязвима во время этого кризиса? Потребительские, ипотечные или кредиты малому и среднему бизнесу?

— Думаю, не имеет значения, о каком кредите идет речь. Вопрос в том, какой слой населения больше подвержен риску. Люди без дохода или со средним доходом, которые оказались в ситуации кризиса без накоплений, не смогут погашать кредиты, будь то ипотека или потребительский кредит. При этом мы понимаем, что люди ипотеку стараются, как правило, платить, потому что терять жилье никто не хочет. Но если денег нет вообще, что делать? Ничего. Пойдут просрочки.

Онлайн — это безработица

— Вы сказали, что многие компании уходят в онлайн. Как считаете, это хорошо или плохо для бизнеса?

— Что такое онлайн? По сути, это автоматизация работы, а любая автоматизация приводит к сокращению персонала. То есть часть людей может остаться без работы, потому что работодатели перестанут в них нуждаться. По статистике, автоматизация приводит к сокращению штата на 10–20%.

Есть и другая сторона. Некоторые профессии могут просто стать ненужными. Людям придется искать новые сферы деятельности или вообще переучиваться. Им потребуется дополнительное время, чтобы адаптироваться к новым реалиям. При этом мы должны понимать, что молодым это будет сделать легче, чем людям старшего поколения. А мы помним, что не так давно прошла пенсионная реформа, которая вынудила многих людей оставаться в рабочем строю.

Ну и последнее: у работодателя просто может не получиться уйти в онлайн, что приведет к банкротству, следовательно, какая-то часть людей останется без работы, и уже неважно, работают ли они в белую или в серую. По моим подсчетам, мы с вами где-то в октябре получим большой пул людей, которые будут иметь просрочки, при этом никакие каникулы, когда не начисляются штрафы и пени, к ним уже не будут применяться. Вот тогда начнется самое интересное.

Банки и вокруг них

— Мы сейчас говорим о проблемах населения. А для самого банковского сектора ситуация обернется серьезным кризисом?

— Эта ситуация точно приведет к кризису, потому что сначала банк выдает большое количество займов, а потом вдруг ему говорят, что вы эти деньги назад не забираете, проценты и штрафы не начисляете. Соответственно, у банка получается пул денег, который просто заморожен: дохода с него нет, и перераспределить они эти средства не могут. Ведь банк обычно получает деньги от тех, кто платит, и перераспределяет среди новых заемщиков. Значит, деньги не возвращаются, выдавать новые кредиты будет сложно. Плюс серия потенциальных банкротств приведет к тому, что банки и от юрлиц не смогут получать деньги, а в структуре банковских портфелей на них приходится львиная доля кредитов. Соответственно, многие банки окажутся без дохода именно с направления кредитования; для них это, конечно, будет серьезной проблемой.

 Вы сейчас описали картину взаимоотношений между банками и населением. А какое место в ней занимают небанковские кредитные организации, прежде всего микрофинансовые?

— Многие микрофинансовые организации сейчас просто прекратили выдачи, так как не понимают, что делать, ведь у них деньги выдаются, допустим, под ближайшую зарплату. И если можно три месяца не платить, а у них по бизнес-модели этот займ должны вернуть за две недели, его просто смысла нет выдавать. Это деньги, которые точно не будут возвращены в ближайшее время. Соответственно, для них это означает приостановку деятельности, пока не закончится период действия кредитных каникул.

— Какой бы совет вы могли дать клиентам банков?

— Первый совет, который я бы им дал: деньги, которые они сэкономят благодаря кредитным каникулам, откладывать, чтобы потом закрыть сумму основного долга. Иначе потом погасить его будет сложно. Я советую им эти деньги не тратить на свои нужды, радуясь, что можно не платить. Такой вариант здесь, к сожалению, не пройдет.

И еще бы я дал совет обращать внимание, на каких условиях они подписывают договор о кредитных каникулах. Там есть много условий, когда можно вообще не платить кредит, платить только проценты, а не тело основного долга, или сделать рефинансирование. Вполне может быть, что банк вместо кредитных каникул подсунет человеку рефинансирование его долгов. Поэтому очень важно обращать внимание на условия. Я своими глазами видел, когда человек обращался за реструктуризацией в банк, имея три кредита под 24% годовых, а ему объединили их в один, но под 36%. Реструктуризация привела к тому, что процентная ставка увеличилась в полтора раза.

На это очень важно обращать внимание. Ведь если банкам сказали, что они должны предоставить кредитные каникулы, это еще не значит, что они будут их предоставлять на условиях, благоприятных для клиента. Скорее всего, они будут преследовать свою выгоду.

Осеннее обострение

— Представим себе: все закончилось, мы пришли к ситуации, которую вы описали, когда многие кредиты оказались не рефинансированными и безвозвратными, то есть в экономике образовалась некая дефолтная масса. Что дальше? Как будет экономика развиваться? Будет ли это означать, в ней возникает спрос на новые кредиты? Или, наоборот, что мы еще больше загоняем себя в кризис, подобный 2008 году, когда просто нет никакой активности?

— Если у человека есть текущая просрочка, новые кредиты ему выдаваться не будут. Единственное, что здесь может быть, — кредиты под залог. У нас недавно в банковском регулировании появился такой показатель, как предельная долговая нагрузка, который предполагает, что платежи по кредитам не должны составлять больше 50% от заработной платы. Соответственно, банки, следуя данной рекомендации, стараются не выдавать новые займы закредитованным лицам, а если выдают, то компенсируют эти риски более высокой процентной ставкой.

В таких случаях активируются частные инвесторы, то есть люди, которые выдают кредиты под залог, в том числе по серым схемам. Обычно такие займы оформляются в виде договоров купли-продажи, и большинство таких частных инвесторов не рассчитывает, что их деньги им вернут: они заинтересованы в присвоении залогового имущества. Я общался с одним из них, у него была нереально высокая процентная ставка, и на мой вопрос: «А сколько людей тебе вернули деньги?» — он говорит, что за все годы его работы (а он работает уже лет 15 на этом рынке) только одна женщина честно ему вернула долг.

При такой высокой процентной ставке, когда люди закладывают свое имущество, они просто не в состоянии платить, и недвижимость отходит инвестору. Поэтому здесь тоже очень важно обращать внимание на условия займов — и не бежать к непонятным инвесторам. Нужно просто читать договоры и стараться обращаться к специалистам, к юристам, которые помогли бы грамотно провести сделку.

— Итак, что нас ждет осенью?

— Осенью ситуация будет следующая: сначала люди будут пытаться кредиты каким-то образом закрывать: либо перезанимать деньги друг у друга, либо попробуют брать новые кредиты. Соответственно, из-за того, что они не смогут получать новые ссуды, а им нужно будет закрывать имеющиеся, с большой долей вероятности они станут брать частные займы. Если человек после того, как взял кредит под небольшой процент и не смог его выплатить, пойдет в МФО и возьмет займ под 0,5–1% в день, расплатиться он точно не сможет. У нас, по моему мнению, будет много дефолтов.

Не то чтобы я прогнозирую такой исход, но он имеет очень высокую вероятность. Тут, наверное, уже не обойтись без каких-то ограничений в кредитовании, какой-то помощи со стороны государства. Опять же, возможно продление кредитных каникул. Однако любое такое продление будет сказываться на доходах банков. Это может привести к их банкротствам.

— Вы сейчас говорили про залоги. Одной из характерных примет кризиса 2008 года было то, что банкам досталось большое количество залогов, прежде всего недвижимости, которая упала в цене и уже не покрывала стоимости кредитов, при этом банки еще должны были решать, что с ней делать. Стоит ли ожидать подобных сюжетов?

— Я думаю, да. Если люди не смогут выплачивать кредиты, банк будет вынужден забрать залоговое имущество. При этом нужно не забывать, что у банка нет бизнеса по реализации такого имущества. Задача банка — дать деньги и забрать их с процентами. Будет хорошо, если человек где-то что-то не платил и какие-то небольшие штрафы за это заплатит дополнительно. Но чаще всего банку неинтересно забирать залоги и потом их реализовывать. Поэтому, думаю, здесь у людей, ввиду массового характера дефолтов, появится возможность договориться с банком об отсрочке либо, возможно, даже о получении дополнительных денег под залог уже заложенного имущества, чтобы закрыть имеющийся кредит.

Подготовка к кризису — личный опыт

— Вы сами руководитель кредитного бизнеса. Как будете себя вести в этой ситуации? Как вы будете переориентировать свой бизнес?

— Мы, как и все, уходим в онлайн. Офлайн-бизнес сейчас стал, мягко говоря, не то что неинтересен — скорее невозможен. Уход в онлайн для нас вынужденная мера — это даст нам возможность выжить, сохранив в условиях непростого времени свою команду, людей, которых мы так тщательно подбирали и перед которыми имеем обязательства, в том числе моральные.

Я как руководитель, во-первых, работаю со своими сотрудниками, объясняю последствия всего этого, говорю, что им делать со своими финансами и как себя вести. Всем сейчас приходится подстраиваться к новым реалиям. Также мы даем клиентам бесплатные консультации, памятки, объясняем, как поступать, чтобы не попасть в долговую яму. И что делать, если все-таки в нее попали. Мы больше работаем с людьми, которые имеют просрочки, нежели с теми, кому нужно помогать получить кредиты.

— То есть ваш бизнес социально ориентированный?

— Мы всегда были социально ориентированной компанией, но сейчас, на мой взгляд, это стало особенно важным — быть социально ориентированным. Возможно, это поможет нашей экономике быстрее прийти в себя, когда вирус отступит.

Беседовал Константин Фрумкин

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья