ENG
Технологии

«В умных домах сплошной бардак и хаос»

Выгодно ли инвестировать в Интернет вещей, или IoT? Казалось бы, ответ напрашивается сам собой — за технологией однозначно большое будущее, что подтверждают хотя бы темпы роста мирового рынка. По оценке IDC, в 2017 году объем рынка Интернета вещей составит $800 млрд, а к 2021 году он вырастет до $1,4 трлн. По-настоящему взрывной рост при этом демонстрирует на рынке потребительский сектор IoT. Так, если в 2016 году объем домашнего Интернета вещей в США составлял 31 млн подключенных устройств и оценивался в $10 млрд, то уже к 2021 году сектор вырастет до $27 млрд.  Еще внушительнее тренд выглядит в Европе — оборот устройств домашнего Интернета вещей здесь составляет $3 млрд, уже к 2021 году он вырастет до $33 млрд.

Художник: Юрий Аратовский

Что касается России, эксперты и игроки рынка настроены в отношении перспектив развития сектора крайне осторожно, если не сказать скептически. В частности, на конференции ФРИИ «Интернет вещей «с человеческим лицом»: выгодно ли инвестировать в технологии потребительского IoT» дискуссия развернулась не столько о перспективности инвестиций на рынке, сколько в принципе о будущем сегмента в России.

Дешевый свет наш враг

В России развитие рынка потребительского Интернета вещей определяет сразу несколько весьма серьезных ограничений. И прежде всего это дешевые по европейским меркам услуги ЖКХ и электроэнергия. В итоге пока подавляющее большинство тех, кто использует какие-либо решения из сферы «умного дома», — это пионеры и энтузиасты рынка. Неудивительно, что осторожны в данном плане и инвесторы.

В результате, говорит директор Ассоциации интернета вещей Андрей Колесников, ему самому, например, не приходит в голову что-то автоматизировать в своем доме, несмотря на то, что интернет вещей — сфера его профессиональных интересов.

 «У жителей нет реальной проблематики, за которую бы они были готовы платить», — говорит директор по технологическому развитию ФРИИ Сергей Алимбеков.

«Для российского потребителя это меньшая боль, чем для какого-нибудь бельгийца, у которого в месяц может набегать под тысячу евро на услуги ЖКХ, поэтому понятно, где в первую очередь будут «умные дома» развиваться. Если вы экономите 20-30% от такого счета благодаря своим девайсам, выгода очевидна», — говорит руководитель направления IoT ИТ-кластера фонда «Сколково» Сергей Воинов.

Не хватает микрочипов

Во многом развитие отечественных решений в области потребительского Интернета вещей обусловлено низким уровнем развития российской микроэлектроники, говорили на конференции.

«Под капотом наших IoT-проектов мы видим китайские чипы и элементную базу, сделанную там же. Локализация такого производство не позволяет в том числе и расти потребительскому IoT в России», — говорит Сергей Воинов.

Развитие данного направления внутри страны требует очень больших вложений: в области микроэлектроники, чипов выход на рынок начинается от десятков миллионов долларов. Финансовые же затраты сдерживают и выход отечественных решений на зарубежные рынки — если на развитие на внутренних рынках инвестиций хватает, то для экспансии их явно недостаточно.

«Средний чек венчурного инвестирования в России составляет $2-3 млн, это инвестирование на зрелой стадии, и такого объема для выхода на зарубежные рынки не хватит, у нас можно стать за эти деньги лидером», — говорит Сергей Воинов.

Рынку поможет интеллект

По масштабу рынка потребительского Интернета вещей Россия отстает от западных стран в 10 раз.  Все, кто у нас пользуется сегодня решениями «умный дом», —  это так называемые «ранние последователи», провидцы, которым интересна новая технология.  Что может помочь справиться с отставанием от Запада и преодолеть пропасть между «провидцами» и действительно массовым пользователем?

Директор по развитию iRidium mobile Николай Русанов делает ставку на искусственный интеллект, прежде всего на системы голосовых помощников Siri или Lex от корпораций Google и Amazon.

«Искусственный интеллект завоевывает рынки в виде первых популярных устройств от Amazon, Google и Apple. Только в этом году Amazon может продать 10 млн умных колонок Echo, никто этого не ожидал. Около 45% пользователей пытались произвести команду управления освещением, около 30% этими командами пользуются в дальнейшем, это немало, в следующем году будет продано в три раза больше устройств», — говорит Николай Русанов.

Он напоминает, что точно так же в свое время рынок завоевывал Iphone, который однажды появился «у всех». Не исключено, что именно так будет и с системой «умный дом».

Фото: iotassociation

Гаджеты или системные решения?

По мнению основателя THRONE Control Systems Михаила Куликова, умные системы, построенные на основе гаджетов и управляемые со смартфона, сложно относить к интернету вещей.

«Лампочка Philips Hue — это гаджет, а система управления светом в коттедже на базе проводного протокола KNX — это система. На базе умных лампочек не сделать управление светом во всем коттедже», — говорит Михаил Куликов.

По его оценкам, решения на основе гаджетов недолговечны и не надежны.

«Можно привести помпу, шланг и подключить воду. Второй вариант — это сделать проект, проштробить стены, заложить в них трубы и т.д. Рынок гаджетов — это то же самое, что бросить шланг», — объясняет Михаил Куликов.

Другое дело — это рынок системных решений, он пусть и живой, но не развивается теми темпами, которые от него ждали, взрывного роста пока не происходит.

Другой позиции придерживается директор по развитию холдинга GS Group Алексей Мохнаткин. Он отмечает, что центром развития IoT сегодня является китайский рынок, где ставку делают на простые, дешевые решения. Сложные системные решения на рынке Интернета вещей рассчитаны на потребителей  Европы и США, в Китае же про них не знают вообще. И в этом плане китайский потребитель очень похож на российского.

Как отмечает Мохнаткин, сегодня для российского потребителя «умный дом» — это некая волшебная коробочка, недорогая, которую можно купить в магазине, и получить дома сказку. Пока, впрочем, по его оценке, в «умных домах» наблюдается «сплошной бардак и хаос».

«Один канал может отвечать за видеонаблюдение, отдельно есть управление котлом, светом, а еще есть голосовое управление телевизором. Все ждут единого железного решения и под него отдельную платформу управления», — говорит Алексей Мохнаткин.

Будущее в тумане

Как будет развиваться рынок Интернета вещей, а главное, как технология будет использоваться в реальной жизни? Михаил Куликов предлагает вспомнить в связи развитием рынка умных домов и потребительского Интернета вещей время появления первых компьютеров, вокруг использования которых в повседневной жизни было много фантазий.

«Всем было ясно, что компьютер — крутая штука и будущее за ним, но когда речь заходила о практическом применении, в ход шли совсем уж смешные доводы. Рынок Интернета вещей примерно в этой же фазе. Все понимают, что это дает большие возможности, но никто не знает, что с этим делать дальше», — говорит Михаил Куликов.

Решающим же для тотального прихода на потребительский рынок персональных компьютеров стал понятный пользовательский интерфейс — операционные системы Windows и Machintosh.

 «Нас ждет то же самое, что и с персональными компьютерами, не будет никакой революции, будет происходить планомерный тщательный рост рынка, и рынок сам будет выбирать те решения», — уточняет Михаил Куликов.

Впрочем, куда более действенным драйвером для развития рынка потребительского Интернета вещей, и прежде всего «умных домов», в стране могут стать законодательные инициативы российской власти. Так, с 1 января 2018 года застройщики будут обязаны оснащать новые многоквартирные дома системой отопления и вентиляции, способной регулировать подачу тепла при смене погодных условий. Также в Госдуме находится законопроект, в соответствии с которым с 1 июля 2018 года территориальные сетевые организации смогут устанавливать только интеллектуальные счетчики электроэнергии. Безусловно, это лишь первый шаг, но он вполне может стать важным на пути развития потребительского Интернета вещей в стране, в том числе и в плане появления новых технологичных проектов. Так, сегодня в проектном портфеле «Сколково» лишь 100 стартапов, занимающихся Интернетом вещей, чтобы догнать уровень, к примеру, акселераторов Франции или Великобритании, их должно быть как минимум в десять раз больше.

Автор: Ольга Блинова

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья