ENG
Инвестклимат, Интервью, Стартапы

Замир Шухов: Венчурный рынок изменят большие корпорации

Хотя все СМИ полны разговоров об отечественных стартапах, реальных проектов в России не так много, а многие активные предприниматели стараются уехать из страны. О проблемах российского венчурного рынка, различиях ситуаций в России и на Западе и о том, кто в силах переломить негативные тренды на отечественном рынке, «Инвест-Форсайту» рассказывает Замир Шухов, генеральный директор и партнер компании Global Venture Alliance (GVA), занимающейся инвестициями через венчурные фонды и поддержкой молодых стартапов. 

Что такое GVA?

— Сначала — немного истории. Когда появилась компания GVA? Как это произошло? Кто её основал? 

— Компания GVA появилась в 2011 году. Это было осознанное решение, основал GVA президент компании Магомед Мусаев, который долгое время возглавлял ВДНХ и занимался развитием инноваций в Москве. В 2010—2011 гг. он ознакомился с тем, как существует Кремниевая долина, увидел интересную модель, по которой работал Plug & Play, и, добившись партнёрства с коллегами там, решил открыть Global Venture Alliance на территории России, чтобы здесь начать развивать инновационную экосистему.

— А когда вы пришли в Global Venture Alliance? 

— В GVA я с командой пришёл в 2014 году, изначально это было совместным предприятием с нашей компанией, которая назвалась LaunchGurus, но позже мы возглавили работу в GVA и все направления её деятельности, связанные с акселерацией, образовательными программами и работой по управлению площадками. Я стал генеральным директором из главы отдела по маркетингу именно в момент структурной перестройки GVA как нового альянса. До прихода в GVA порядка 4 лет занимался управлением большими проектами в области международных и федерального уровня мероприятий с участием первых лиц. В компании, где я работал, делали Деловой саммит АТЭС, Мировой политический форум, заседание Комитета всемирного наследия ЮНЭСКО и другие большие проекты на территории РФ и за её пределами. До этого управлял собственными бизнесами как серийный предприниматель, а ещё раньше работал в различных компаниях, в том числе в нескольких американских корпорациях.

— В интернете есть информация об успехах GVA в прошлых годах. А что хорошего и позитивного принёс 2018 год? 

— Мы запустили первый акселератор с большой телекоммуникационной компанией МТС, переехали в новый офис, также запустили первый в России EdTech-акселератор. Он называется ED2 EdTech — для нас это тоже важный шаг. Мы работаем над ED2 EdTech совместно с компаниями «Иннопрактика» и ED2. Еще есть партнёр в лице «Блокчейн-коммуны», с которой очень плотно взаимодействуем и планируем развивать совместные инициативы. Помимо этого, у нас в активной фазе первый набор на крупнейший в СНГ акселератор StartUp Kazakhstan, в рамках которого 30 лучших проектов недавно провели демодень и показали очень хорошие результаты.

Венчурный бизнес в России и на Западе

— Каковы, на ваш взгляд, ключевые различия венчурного сегмента в Соединённых Штатах и в РФ? Как стартапы привлекают инвестиции в Кремниевой долине? А как это происходит у нас? 

— Если говорить про различия между США и РФ, в первую очередь стоит упомянуть о количестве венчурных институтов. В США их в десятки раз больше, то есть объём денег, инвестируемых в стартапы, намного выше. Например, в Кремниевую долину едут лучшие проекты со всего мира. Если обсуждать процесс привлечения инвестиций в РФ, большинство стартапов на ранних стадиях развиваются благодаря государственным деньгам Институтов развития. В США правительство в меньшей степени даёт какие-либо субсидии, это делают частные структуры, сообщества бизнес-ангелов или индивидуальные инвесторы.

— Почему в России пока еще так мало (по сравнению с ведущими странами Запада) стартапов?

— Я бы сказал, есть специфика рынка: наша страна меньше по покупательской способности и размерам экономики. Всё это влияет на потенциальное появление стартапов как первый фактор. Второй фактор — малоразвитая культура предпринимательства. Если посмотреть на западную модель экономики, то малый и средний бизнес, проекты, которые создавались как стартапы, сейчас являются ведущими и крупнейшими корпорациями. У нас в структуре порядка 70% госкорпораций и больших холдингов, которые построены на модели, оставшейся после развала СССР. Но зарождается и довольно молодая экосистема. Я бы отметил, что за последние пять лет мы сделали внушительный рывок стартапов, которые выступают на международном рынке. Понятно, что не всё пока так хорошо и массово, как это происходит на Западе, но здесь возможно создание большого количества интересных и конкурентоспособных технологических проектов.

— Что, по вашему мнению, мешает российским стартапам выйти на мировой рынок? Какие шаги нужно сделать, чтобы такой выход состоялся? Есть ли в последнее время (допустим, в 2018 году) примеры российских стартапов, которые смогли выйти на мировой уровень? 

— В первую очередь у стартаперов должна быть амбиция. Мы крайне редко наблюдаем рвение предпринимателя с первых шагов создания своего проекта покорить глобальный рынок, хотя массовые питч-презентации видим достаточно часто, поэтому нужно быть смелее и ставить себе высокие цели изначально. Если говорить про то, какие шаги нужно сделать, то, конечно, нужно научиться строить масштабируемую бизнес-модель. Это самое важное! Понятно, что нужна технология, но если вы взяли и скопировали какое-то рабочее решение, необходимо, чтобы бизнес-модель работала, зарабатывала деньги и масштабировалась так же легко, как на локальном рынке, где вы запустили свою технологию. Не нужно пренебрегать различными экосистемными игроками: акселераторами, бизнес-инкубаторами и другими частными структурами, которые помогают большой экспертизой и готовят к международной конкуренции. Хорошим примером российского стартапа, вышедшего на американский рынок, является платформа «Учи.ру». Суть заключается в обучении детей с помощью игровых механик. Создатели сумели подать себя как хороший и интересный бренд Russian math (российская математика — ред.), который очень интересен Америке.

Все зависит от больших корпораций

— Не так давно, в конце мая, состоялся Петербургский международный экономический форум. Там много говорилось о цифровизации экономики РФ. Что можно сделать для того, чтобы процесс цифровизации российской экономики пошёл быстрее? И нужно ли это? 

— Процесс цифровизации экономики — важный шаг, и основным препятствием сейчас является отсутствие участия в этой деятельности госкорпораций, которые составляют почти 70% корпоративного рынка. Очень важно, чтобы большие заказчики были готовы использовать новые технологии и сотрудничать со стартапами. Наши компании и корпорации должны перейти на цифровую трансформацию. В противном случае они достаточно быстро потеряют позиции даже на локальном рынке, куда неизбежно придут другие крупные игроки или малые стартапы.

— Каковы, на ваш взгляд, текущие тенденции в венчурном бизнесе в России и мире? Каких изменений вы здесь ждёте в ближайшие несколько лет? 

— Основное изменение может произойти, когда большие корпорации начнут в этом активно участвовать, став ключевыми заказчиками или стратегическими инвесторами стартап-технологий. Стартапы развиваются, но чтобы поднять следующие раунды, им приходится уезжать за пределы страны. Здесь создатели не могут найти необходимых ресурсов для развития проектов, поэтому включение крупных компаний в венчурную гонку будет важным изменением. Самый горячий вопрос на всех крупных конференциях сегодня — блокчейн. Мы увидим, как этот рынок устаканится, появятся реальные технологии, которые можно использовать и применять в жизни. Надеюсь, вторая волна VR/AR-технологий займёт должную нишу в спектре инноваций, а не уйдёт вниз, как это произошло ранее. Я уверен: беспилотный транспорт тоже будет большим трендом в венчурном бизнесе. На это сейчас делают ставку все автопроизводители, которые хотят получить от стартап-проектов новые технологии в данном направлении. Я думаю, технологические решения при поддержке венчура будут затрагивать все части экономики, включая самые консервативные, вроде агротехнологий, сельского хозяйства, строительства, нефтегазовой отрасли.

— Как можно молодому стартапу попасть в поле зрения GVA и получить финансирование сегодня? И как схема взаимодействия GVA со стартапами может поменяться в перспективе?

— Нужно проявить активность и подать заявку в одну из наших акселерационных программ или поучаствовать в мероприятии. Попав под радар внутренних акселераторов, вы автоматически попадаете под прицел наших венчурных фондов. Сразу уточню, что инвестируются глобальные стартапы, у команды проекта должна быть амбиция покорения рынков США, Азии или Европы.

Схема взаимодействия GVA со стартапами не поменяется, но расширится — в планах новые программы и продукты, которые мы регулярно запускаем с большими корпорациями, государствами или международными партнёрами. Будем рады, если сможем помочь развиться вашим технологиям!

Беседовала Кристина Фирсова

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья