ENG
Generic selectors
Exact matches only
Поиск по заголовкам
Поиск по содержимому
Search in posts
Search in pages
Инвестклимат, Интервью, Стартапы

Замир Шухов: Венчурный рынок изменят большие корпорации

Хотя все СМИ полны разговоров об отечественных стартапах, реальных проектов в России не так много, а многие активные предприниматели стараются уехать из страны. О проблемах российского венчурного рынка, различиях ситуаций в России и на Западе и о том, кто в силах переломить негативные тренды на отечественном рынке, «Инвест-Форсайту» рассказывает Замир Шухов, генеральный директор и партнер компании Global Venture Alliance (GVA), занимающейся инвестициями через венчурные фонды и поддержкой молодых стартапов.

Что такое GVA?

– Сначала – немного истории. Когда появилась компания GVA? Как это произошло? Кто её основал?

– Компания GVA появилась в 2011 году. Это было осознанное решение, основал GVA президент компании Магомед Мусаев, который долгое время возглавлял ВДНХ и занимался развитием инноваций в Москве. В 2010-2011 гг. он ознакомился с тем, как существует Кремниевая долина, увидел интересную модель, по которой работал Plug & Play, и, добившись партнёрства с коллегами там, решил открыть Global Venture Alliance на территории России, чтобы здесь начать развивать инновационную экосистему.

– А когда вы пришли в Global Venture Alliance?

– В GVA я с командой пришёл в 2014 году, изначально это было совместным предприятием с нашей компанией, которая назвалась LaunchGurus, но позже мы возглавили работу в GVA и все направления её деятельности, связанные с акселерацией, образовательными программами и работой по управлению площадками. Я стал генеральным директором из главы отдела по маркетингу именно в момент структурной перестройки GVA как нового альянса. До прихода в GVA порядка 4 лет занимался управлением большими проектами в области международных и федерального уровня мероприятий с участием первых лиц. В компании, где я работал, делали Деловой саммит АТЭС, Мировой политический форум, заседание Комитета всемирного наследия ЮНЭСКО и другие большие проекты на территории РФ и за её пределами. До этого управлял собственными бизнесами как серийный предприниматель, а ещё раньше работал в различных компаниях, в том числе в нескольких американских корпорациях.

– В интернете есть информация об успехах GVA в прошлых годах. А что хорошего и позитивного принёс 2018 год?

– Мы запустили первый акселератор с большой телекоммуникационной компанией МТС, переехали в новый офис, также запустили первый в России EdTech-акселератор. Он называется ED2 EdTech – для нас это тоже важный шаг. Мы работаем над ED2 EdTech совместно с компаниями «Иннопрактика» и ED2. Еще есть партнёр в лице «Блокчейн-коммуны», с которой очень плотно взаимодействуем и планируем развивать совместные инициативы. Помимо этого, у нас в активной фазе первый набор на крупнейший в СНГ акселератор StartUp Kazakhstan, в рамках которого 30 лучших проектов недавно провели демодень и показали очень хорошие результаты.

Венчурный бизнес в России и на Западе

– Каковы, на ваш взгляд, ключевые различия венчурного сегмента в Соединённых Штатах и в РФ? Как стартапы привлекают инвестиции в Кремниевой долине? А как это происходит у нас?

– Если говорить про различия между США и РФ, в первую очередь стоит упомянуть о количестве венчурных институтов. В США их в десятки раз больше, то есть объём денег, инвестируемых в стартапы, намного выше. Например, в Кремниевую долину едут лучшие проекты со всего мира. Если обсуждать процесс привлечения инвестиций в РФ, большинство стартапов на ранних стадиях развиваются благодаря государственным деньгам Институтов развития. В США правительство в меньшей степени даёт какие-либо субсидии, это делают частные структуры, сообщества бизнес-ангелов или индивидуальные инвесторы.

– Почему в России пока еще так мало (по сравнению с ведущими странами Запада) стартапов?

– Я бы сказал, есть специфика рынка: наша страна меньше по покупательской способности и размерам экономики. Всё это влияет на потенциальное появление стартапов как первый фактор. Второй фактор – малоразвитая культура предпринимательства. Если посмотреть на западную модель экономики, то малый и средний бизнес, проекты, которые создавались как стартапы, сейчас являются ведущими и крупнейшими корпорациями. У нас в структуре порядка 70% госкорпораций и больших холдингов, которые построены на модели, оставшейся после развала СССР. Но зарождается и довольно молодая экосистема. Я бы отметил, что за последние пять лет мы сделали внушительный рывок стартапов, которые выступают на международном рынке. Понятно, что не всё пока так хорошо и массово, как это происходит на Западе, но здесь возможно создание большого количества интересных и конкурентоспособных технологических проектов.

– Что, по вашему мнению, мешает российским стартапам выйти на мировой рынок? Какие шаги нужно сделать, чтобы такой выход состоялся? Есть ли в последнее время (допустим, в 2018 году) примеры российских стартапов, которые смогли выйти на мировой уровень?

– В первую очередь у стартаперов должна быть амбиция. Мы крайне редко наблюдаем рвение предпринимателя с первых шагов создания своего проекта покорить глобальный рынок, хотя массовые питч-презентации видим достаточно часто, поэтому нужно быть смелее и ставить себе высокие цели изначально. Если говорить про то, какие шаги нужно сделать, то, конечно, нужно научиться строить масштабируемую бизнес-модель. Это самое важное! Понятно, что нужна технология, но если вы взяли и скопировали какое-то рабочее решение, необходимо, чтобы бизнес-модель работала, зарабатывала деньги и масштабировалась так же легко, как на локальном рынке, где вы запустили свою технологию. Не нужно пренебрегать различными экосистемными игроками: акселераторами, бизнес-инкубаторами и другими частными структурами, которые помогают большой экспертизой и готовят к международной конкуренции. Хорошим примером российского стартапа, вышедшего на американский рынок, является платформа «Учи.ру». Суть заключается в обучении детей с помощью игровых механик. Создатели сумели подать себя как хороший и интересный бренд Russian math (российская математика – ред.), который очень интересен Америке.

Все зависит от больших корпораций

– Не так давно, в конце мая, состоялся Петербургский международный экономический форум. Там много говорилось о цифровизации экономики РФ. Что можно сделать для того, чтобы процесс цифровизации российской экономики пошёл быстрее? И нужно ли это?

– Процесс цифровизации экономики – важный шаг, и основным препятствием сейчас является отсутствие участия в этой деятельности госкорпораций, которые составляют почти 70% корпоративного рынка. Очень важно, чтобы большие заказчики были готовы использовать новые технологии и сотрудничать со стартапами. Наши компании и корпорации должны перейти на цифровую трансформацию. В противном случае они достаточно быстро потеряют позиции даже на локальном рынке, куда неизбежно придут другие крупные игроки или малые стартапы.

– Каковы, на ваш взгляд, текущие тенденции в венчурном бизнесе в России и мире? Каких изменений вы здесь ждёте в ближайшие несколько лет?

– Основное изменение может произойти, когда большие корпорации начнут в этом активно участвовать, став ключевыми заказчиками или стратегическими инвесторами стартап-технологий. Стартапы развиваются, но чтобы поднять следующие раунды, им приходится уезжать за пределы страны. Здесь создатели не могут найти необходимых ресурсов для развития проектов, поэтому включение крупных компаний в венчурную гонку будет важным изменением. Самый горячий вопрос на всех крупных конференциях сегодня – блокчейн. Мы увидим, как этот рынок устаканится, появятся реальные технологии, которые можно использовать и применять в жизни. Надеюсь, вторая волна VR/AR-технологий займёт должную нишу в спектре инноваций, а не уйдёт вниз, как это произошло ранее. Я уверен: беспилотный транспорт тоже будет большим трендом в венчурном бизнесе. На это сейчас делают ставку все автопроизводители, которые хотят получить от стартап-проектов новые технологии в данном направлении. Я думаю, технологические решения при поддержке венчура будут затрагивать все части экономики, включая самые консервативные, вроде агротехнологий, сельского хозяйства, строительства, нефтегазовой отрасли.

– Как можно молодому стартапу попасть в поле зрения GVA и получить финансирование сегодня? И как схема взаимодействия GVA со стартапами может поменяться в перспективе?

– Нужно проявить активность и подать заявку в одну из наших акселерационных программ или поучаствовать в мероприятии. Попав под радар внутренних акселераторов, вы автоматически попадаете под прицел наших венчурных фондов. Сразу уточню, что инвестируются глобальные стартапы, у команды проекта должна быть амбиция покорения рынков США, Азии или Европы.

Схема взаимодействия GVA со стартапами не поменяется, но расширится – в планах новые программы и продукты, которые мы регулярно запускаем с большими корпорациями, государствами или международными партнёрами. Будем рады, если сможем помочь развиться вашим технологиям!

Беседовала Кристина Фирсова

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»