ENG
Статьи, Финансы

Неприятные «Открытия»: 5 уроков очередного банковского кризиса

Сентябрь стал месяцем небольшого банковского кризиса: почти одновременно обнаружились проблемы в двух банковских группах – «Бинбанка» и «Открытия». Хотя эти случаи нельзя было назвать неожиданными – им предшествовала скандальная утечка аналитических материалов из «Альфа Капитала» – однако стратегически произошедшее несомненно стало неожиданностью, поскольку еще недавно оба банка относились к числу процветающих и активно развивающихся. Более того – на фоне стагнации банковского сектора они были, кажется, единственными активными игроками, сделавшими ставку на неорганический рост.

© Victoria Demidova / Фотобанк Лори

Таким образом, первый урок сентябрьского кризиса должен заключаться в том, что политика активного роста на стагнирующем рынке с большой вероятностью является стратегической ошибкой – во всяком случае, если у игроков нет солидных финансовых резервов.

«И банк «Открытие», и «Бинбанк» проводили политику агрессивного расширения, приобретая банки и компании финансового сектора, –  объясняет заведующий кафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС Константин Корищенко. – Для того чтобы проводить такую политику на нерастущем рынке (российской экономики), нужно иметь достаточное количество свободных финансовых ресурсов. К сожалению, у обоих участников рынка не оказалось этого достаточного объема».

С ним согласна старший преподаватель кафедры «Финансовые рынки» РЭУ имени Г.В. Плеханова Владислава Полетаева.

«Ситуация в банке «ФК Открытие» может быть объяснена использованием этим институтом достаточно рисковой бизнес-модели, базирующейся на постоянной экспансии. Так, например, серьезным и сложным проектом для банка стала санация «ТРАСТА», а также некоторых других кредитных и финансовых институтов», – считает эксперт.

Что касается «Бинбанка», по мнению Владиславы Полетаевой, тот также «следовал достаточно рисковой бизнес-модели. Проведенная им санация «МДМ-банка» стала серьезным испытанием для финансовой устойчивости этого института и причиной для обращения к Центральному банку с просьбой о проведении санации».

Если первый урок, наверное, является банальностью, которая есть в любом западном учебнике менеджмента, то второй урок – действительно нов и важен именно для России. Он заключается в том, что процедура санации, с помощью которой государство пыталось «затыкать дыры» на банковском рынке, не только не решает проблем, но и порождает новые, причем в еще большем масштабе. Поскольку теперь Банк России встал перед проблемой санации санаторов. Ведь и «Открытие», и «Бинбанк» были активными санаторами разорившихся кредитных организаций. Однако они не смогли выдержать нагрузок, которые ложатся на банк, если он берет на себя чужие обязательства. В результате ЦБ встал перед проблемой ликвидации еще большей финансовой дыры.

«На мой взгляд, эти конкретные случаи являются следствием стратегии, принятой несколько лет назад рядом крупных банков, когда им для санации передавались проблемные банки, – поясняет заместитель генерального директора Berkshire Advisory Group Александр Артемьев. – Тогда оба банка сделали ставку на бизнес-модель резкого роста за счет поглощения и санации других проблемных кредитных организаций. И эта стратегия была согласована с регулятором. В результате оказалась серьезно ослабленной собственная финансовая устойчивость данных кредитных организаций: в условиях стагнирующей экономики и снижения потребительского спроса 2014-2015 годов, выбранная бизнес-модель не позволила им работать эффективно».

Третий урок – впрочем, тоже не особенно новый, но лишний раз преподанный со всей возможной наглядностью, – заключался в том, что весь большой инструментарий, имеющийся сегодня у ЦБ для банковского надзора и  регулирования, оказывается недостаточным для того, чтобы заранее предвидеть проблемы банков. В частности – отчетность Бинбанка была в порядке. Достаточность капитала банка находится в допустимых пределах, норматив достаточности собственных средств (капитала) Н1.0 на 1 сентября 2017 года составил 15,09% (при минимуме в 8%). По итогам 8 месяцев 2017 года банк даже получил прибыль в размере 2,16 млрд рублей.

«Отчетность банка на 1 сентября не внушает острого беспокойства. Обязательные нормативы не нарушены. Следы набега вкладчиков видны, но он не был разрушительным. А средства предприятий и организаций даже выросли», – отмечал Максим Осадчий, начальник аналитического управления БКФ.

Закрадывается подозрение, что, несмотря на все усилия регулятора, на то, что банковский надзор является сегодня одним из самых мощных российских ведомств, несмотря на то, что банки сегодня отчитываются буквально о каждом своем шаге, – общество не может быть уверено, что знает, что творится внутри банковской системы; банковская отчетность, возможно, не отражает неких значимых нюансов функционирования кредитных организаций. Возможно, нужны другие методы анализа этой отчетности. Хотя вероятен и тот взгляд, что ЦБ «наконец-то» начал выявлять правду – неясно, однако, почему только теперь – и по доброй ли воле.

«На сегодня известно, что общий объем «дыры» в капиталах российских кредитных организаций, у которых ЦБ отозвал лицензию в этом году, составляет более полутриллиона рублей, – констатирует управляющий партнёр QBF Зелимхан Мунаев. – Если в прошлом, 2016 году, аналитики спорили, почему крупные банки с сомнительной историей безнаказанно продолжают наращивать активы, а мелким игрокам этого делать ЦБ не позволяет, то сейчас ясно: Центральный Банк всерьез занялся проблемой расчистки «неправильных» активов. Для понимания ситуации нужно оглянуться назад: специфика отечественного частного банковского сектора состоит в том, что большинство кредитных организаций создавалось, развивалось и росло при практически совершенном отсутствии действительного капитала и при попытках зарабатывать на банковских операциях с ликвидными рыночными активами».

Четвертый урок связан с тем, что, как мы видим, общество, банковская система и регулятор на самом деле не знают, что делать с таким феноменом, как информационная атака (и возникающая по ее следам паника). На этот счет не выработано правил – и ни регулятор, ни сами банки не знают, как здесь эффективно реагировать. Хотя ЦБ проводил разбирательства по информационным утечкам из «Альфа Капитала» (ставших спусковым крючком банковского кризиса), однако последствия таких утечек никто купировать не умеет – да и права и обязанности банковских аналитиков в информационной сфере нельзя сказать, чтобы были подробно регламентированы.

Пятый важный урок: любое потрясение на банковском рынке приводит к увеличению роли государства в банковском секторе. В данном случае – через новый для России механизм фонда консолидации, созданного при ЦБ. При этом, стоит напомнить, что Центральный банк является мажоритарным акционером Сбербанка, и перед нами вырисовываются контуры особой банковской группы под эгидой Банка России.

Цена за неспособность увидеть проблемы банков на ранней стадии – большие расходы. Эксперты Berkshire Advisory Group предварительно подсчитали: на финансовое оздоровление кредитных организаций регулятору придется потратить около 2 трлн рублей. Правда, тот факт, что бренды «Открытие» и «Бинбанк» пока сохраняются, побуждает некоторых экспертов полагать, будто регулятор изменил свою политику.

«Наблюдаются некоторые изменения в политике Центрального банка, которая раньше была направлена на активное снижение количества участников банковского рынка, – считает Константин Корищенко.- А сейчас политика стала более аккуратной, более осторожной. Оказывается поддержка крупным банкам. Это отражает тот факт, что все страны, прошедшие через серьезные банковские кризисы, приходили к выводу, что рационально оказывать банкам помощь, а не закрывать их».

Впрочем, даже спасая крупные банки, мы вряд ли будем увеличивать их общее количество и поддерживать мелкие.

«Банк России стремится обеспечить «здоровую конкуренцию» в банковском секторе. Это означает, с рынка выводятся банки, осуществляющие либо нелегальные, либо высокорисковые бизнес-операции. Банк России, как правило, стремится сохранить наиболее крупные банки, что объясняется сосредоточением в них значительной доли сбережений населения, а также средств предприятий» – объясняет Владислава Полетаева.

«Вполне допустимо, что российский банковский сектор могут ожидать новые слияния и поглощения, связанные с укрупнением игроков. Роль регулятора в этом процессе будет наиболее значимой, так как именно его средства (если не считать депозиты населения) остаются на сегодняшний момент единственным реальным источником денежной ликвидности на банковском рынке», – считает Александр Артемьев из Berkshire Advisory Group.

Финансовый аналитик компании Gerchik&Co Виктор Макеев полагает следующее:

«Поддержка со стороны Центрального Банка структурообразующих и крупнейших банков страны также не нова и позаимствована из западного опыта. К примеру, в разгар кризиса 2008 года в США со стороны ФРС была оказана большая поддержка коммерческим структурообразующим банкам – в частности выкуп токсичных ипотечных активов. Поддержка крупных банков, последние события выхода из АРБ, с молчаливого согласия Центрального Банка, вероятнее всего, приведут в борьбе за конкуренцию не в пользу мелких и средних банков. В своей деятельности регулятор пытается не упустить структурообразующие банки в первую очередь, ставя остальные в систему самовыживания».

Автор: Константин Фрумкин

Материалы по теме


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.