ENG

Перейти в Дзен
Инвестклимат, Мнение

Финансовый суверенитет и макроэкономика: практические шаги и стратегические цели

Ирина Хоминич

Ирина Хоминич

Доктор экономических наук, профессор кафедры мировых финансовых рынков и финтеха РЭУ им. Г.В. Плеханова

Обеспечение финансового суверенитета президент России В. В. Путин определил как одну из шести приоритетных задач развития национальной экономики на период до 2030 года. Впервые термин «финансовый суверенитет» прозвучал на площадке Московского финансового форума 8 сентября 2022 года в выступлении министра финансов А. Г. Силуанова. Сегодня финансовый суверенитет широко обсуждается как системный вопрос и важнейшее условие для реализации стоящих перед государством современных задач.

Изображение от xb100 на Freepik

С правовой точки зрения, суверенитет есть состояние полновластия государства на своей территории и его независимости от других государств, то есть обеспечение безопасности, в том числе экономической. Перенося юридический термин в область финансов, следует понимать его как проведение независимой государственной политики, как внутри страны, на внутреннем рынке, так и во вне, в сфере международных финансовых отношений. Однако с финансами не так все просто.

Во-первых, глубокая интегрированность России как крупнейшей мировой державы в мировую финансовую систему и мировую экономику предопределяет высокую зависимость не только международного финансового положения страны, но и внутреннего.

Во-вторых, финансовая система и финансовый рынок опосредованно участвуют в мировой экономике, обеспечивая каналы для инвестиций, поступления фискальных доходов и осуществление расходов, а также возможности наращивания доходов, капитала. При этом финансовая сфера как лакмусовая бумага, с одной стороны, отражает все дисбалансы мировой экономики и общественного развития. С другой стороны, «пульс», «погода», резкие перепады, изменения в политике денежных и фискальных властей в крупных странах на глобальном и крупнейших национальных финансовых рынках мгновенно посылают сигналы, оказывая влияние на все без исключения сферы общественной и экономической жизни. Таким образом, финансовая политика государства внутри и во вне, так или иначе, обусловлена этими внешними рисками, хотя и связана с проблемами национального финансового хозяйства.

В-третьих, не следует понимать финансовый суверенитет как самодостаточность страны, независимого самостоятельного субъекта в финансовом отношении. Ни одна страна, без исключения, не может быть полностью самодостаточной в современном финансовом мире. Тесная взаимосвязанность, взаимозависимость, интегрированность финансовых рынков заключают в себе и большие плюсы, то есть преимущества, выгоды для государств, и большие минусы, то есть риски.

Поэтому любое современное государство в своей финансовой, денежно-кредитной политике и политике финансового суверенитета находится перед дилеммой.

С одной стороны, оно должно обеспечивать стабильность национальной финансовой системы и внутреннего финансового рынка, поддерживать благосостояние населения, содействовать росту инвестиций, бюджетно-налогового потенциала, создавать условия для развития бизнеса.

С другой стороны, оно вполне осознает необходимость всемерно способствовать движению товаров, услуг, капитала, идей, информации, технологий, перемещению людей по миру для развития финансово-экономических, технологических, научных, гуманитарных взаимовыгодных связей с дружественными странами. На языке финансов это предполагает взаимные инвестиции, корпоративное кредитование и государственные заимствования на зарубежных финансовых рынках, страховые услуги, трансграничные платежи и расчеты, в том числе через цифровые платформы, обмен финансовой информацией и совместные меры по противодействию легализации преступных доходов и финансирования терроризма, а также эффективное взаимодействие национальных центральных банков, финансовых регуляторов по выработке общих направлений и программ устойчивого развития, стабильности международных финансовых рынков.

Именно такую политику финансового суверенитета проводит сегодня Россия в сложнейших условиях беспрецедентного санкционного давления, предложенных западными партнерами в 2022 году. В таком кризисном контексте финансовый суверенитет следует понимать как обеспечение устойчивости финансовой системы и финансового рынка страны от внешних шоков. Почти два с половиной года западные санкции заставляют финансовую систему РФ выживать в предложенных токсичных условиях, и она выживает, справляется и развивается, успешно находит новых финансовых партнеров.

Однако вспомним русскую пословицу «Не рой яму другому…». В стремлении разрушить финансовую систему России посредством ее изоляции от развитых международных рынков капитала, международной платежной системы банковских переводов, заморозив часть активов Банка России, размещенных на зарубежных счетах, а также средства частных российских инвесторов, вложенные в иностранные ценные бумаги, сократив до минимума российский экспорт энергетического сырья и другой экспортной продукции и тем самым существенно снизив приток иностранной валюты на внутренний рынок РФ, инициировав ощутимый дефицит валюты, западные «партнеры» сами ввергли себя в жесточайший кризис.

Этот глобальный кризис 2022–2023 годов уже получил разные названия, прозвучавшие в выступлениях высоких западных официальных лиц, чиновников — поликризис («угроза общественных бедствий беспрецедентного уровня в том случае, если правительства стран не смогут справиться с текущей ситуацией»), трехмерный кризис («объединение в один взаимосвязанных кризисов продовольствия, энергетики и финансов»), кризис стоимости жизни («сокращение государственных расходов и инвестиций в здравоохранение, образование, социальные программы в угоду росту военных расходов»). Можно смело утверждать, что в намерении разрушить российский финансовый суверенитет они сами поставили себя в ситуацию, когда им самим надо укреплять свой собственный финансовый суверенитет.

Следите за нашими новостями в удобном формате
Перейти в Дзен

Предыдущая статьяСледующая статья