ENG
Инвестклимат, Технологии

Россия на мировом водородном рынке

Краеугольным камнем сегодняшнего дискурса вокруг «зелёной» энергетики является тема активного освоения водородных технологий. Если взглянуть на общемировую структуру производства водорода, то она окажется распределенной по трём основным источникам: 18% будет приходиться на переработку угля, 4% обеспечивается за счёт «зелёного» водорода, получаемого посредством возобновляемых источников энергии (ВИЭ), главным образом при электролизе воды. Наконец, подавляющий объём — а это 78% — составляет переработка природного газа и нефти. 

Фото: depositphotos.com
Фото: depositphotos.com

Именно последний способ — получение водорода из углеводородного сырья — оказывается по вполне понятным причинам наиболее привлекательным для российских ресурсодобывающих компаний при разработке собственных корпоративных «водородных» стратегий развития. Здесь решающую роль играют два генеральных аргумента.

Во-первых, базовым элементом новой европейской энергетической реальности стал принятый Еврокомиссией «Зелёный курс» (Green New Deal) с его акцентировкой внимания к ВИЭ и декарбонизированным газам — и речь в данном случае идёт прежде всего о водороде. Более того, «Водородная стратегия для климатически нейтральной Европы» распределяет объём инвестиций к 2050 году в рамках следующих финансовых параметров: оценочно от 180 до 470 млрд евро в пользу «зелёного» водорода и только 3–18 млрд евро приходится на вложения в переработку из ископаемого топлива.

Во-вторых, фактом текущей энергетической повестки становится складывающийся полноценный глобальный рынок экспортно-импортных операций с водородом. Сейчас вряд ли мы даже сумеем привести те транснациональные энергокорпорации, которые не имели бы в своей структуре направлений, непосредственно связанных с научно-исследовательскими программами и прикладными разработками в сфере водородной энергетики. Тем более что одна из наиболее амбициозных европейских водородных стратегий — германская — даже в случае успешной реализации её второй фазы, приходящейся на 2024–2030 годы, предполагает за страной статус одного из крупнейших на западном рынке импортёров «зелёного» водорода. И это несмотря на заявленные Берлином планы по вводу в строй до 2030 года энергоустановок по производству «зелёного» водорода суммарной мощностью до 5 Гвт и с дополнительным вводом аналогичного объёма мощностей уже к 2040 году.

Конкуренцию «Газпрому» и «Новатэку» (доля совокупного газового импорта которых в ЕС в 2019 году составила 47,5%) в экспорте водорода в Германию составят наиболее перспективные с позиции водородной генерации регионы ЕС — это прежде всего страны Скандинавии, акватории Северного и Балтийского морей, а также Южная Европа.

Ключевой специализацией Европейского Севера являются гидроэнергетические технологии выработки водорода (скандинавские страны) либо за счёт ветровой энергии (акватерриториальные комплексы ВИЭ). Европейский Юг (страны Средиземноморья) богат солнечной энергией — здесь стоит обратить внимание на подписанное в июне 2020 года марокко-германское соглашение о строительстве первого в Марокко завода по производству «зелёного» водорода. Проект, реализуемый в рамках действующего с 2012 года совместного энергетического партнерства (PAREMA), направлен на развитие индустриальных решений по преобразованию солнечной энергии на основе технологии Power-to-X.

Ключевым аргументом в пользу природного газа при производстве водорода пока является низкая себестоимость его конверсии — в пределах $1,5–3 за 1 кг. При более дорогой технологии электролиза воды себестоимость резко возрастает в 2,5–3 раза. Но даже с учётом экономической привлекательности до сих пор нерешённым остаётся вопрос с локализацией производства и транспортировкой водорода. В качестве вероятных вариантов действий российских газоэкспортирующих компаний на европейском водородном рынке приводится возможность использования действующей газотранспортной системы.

Оценочно: технические возможности позволяют довести уровень содержания водорода в метано-водородной смеси (МВС) до 20% с последующей её доставкой по газотранспортной инфраструктуре. Причём предлагается даже перевести нитку газопровода «Северный поток» и возводимый «Северный поток — 2» полностью под экспорт водорода либо с доведением концентрации водорода в МВС до 70%.

Пока же «Газпром» скорее исходит из нежелательности подобного варианта, указывая на риски несоблюдения долгосрочных контрактных обязательств как по поставкам газа, так и в отношении качества экспортируемого сырья. Кроме того, совершенно неясно: на кого в таком случае будет возложено бремя допинвестиций на адаптивную модернизацию газотранспортной инфраструктуры к пропуску МВС?

Потенциальным решением проблемы может стать производство водорода на стороне потребителя в пределах действующих газокомпрессорных станций. Соответственно, водородогенерирующие мощности вблизи станций будут варьироваться в зависимости от параметров существующего/прогнозируемого локального спроса. Это позволит, с одной стороны, обеспечить необходимый объём производства водорода в европейских регионах согласно заявленной его востребованности, а с другой — сохранить специализацию газотранспортной системы без инициации спецпрограмм по её модернизации либо вообще строительства дополнительных ниток.

Автор: Ринат Резванов, независимый эксперт в сфере инфраструктурных систем

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья