ENG
Generic selectors
Exact matches only
Поиск по заголовкам
Поиск по содержимому
Search in posts
Search in pages
Блокчейн, Интервью

Сергей Безделов: «На каждое действие есть цифровое противодействие»

В поисках защиты от санкций ЦБ продает американские облигации и покупает золото. Однако глава подкомитета инновационно-венчурного финансирования проектов в Торгово-промышленной палате Сергей Безделов уверен, что еще одним инструментом защиты экономических интересов России могли бы стать криптоактивы. Их уже с успехом применяют попавшие в санкционный список госкорпорации. О том, как цифровые инструменты помогают бизнесу и где этому учат, мы с ним и поговорили.

– Две недели назад вы возглавили Центр компетенций цифровой экономики в Российском экономическом университете имени Г.В. Плеханова. Расскажите, пожалуйста, чем вызвана необходимость его создания?

– Центр был создан около двух месяцев назад. Название было продиктовано формулировками из программы цифровизации России. Объяснить такое распространение темы можно, только приняв во внимание один факт – распространение цифровых технологий позволит увеличить производительность на некоторых производственных циклах даже не в десятки, а в сотни раз. Самый сильный импульс этому движению дал так называемый «криптохаос», в котором программисты-кулибины делали спекулятивную прибыль на торговле криптовалютой. Мне кажется, государство увидело в этом некое отражение готовности обыкновенного населения к высоким технологиям и начало формулировать законодательную базу. Так начала легализоваться целая отрасль, появились инфраструктурные организации: ассоциации, профсоюзы, СРО, рейтинговые агентства, биржи. Следующий этап – формирование образовательной экосистемы. Чтобы это произошло, надо начинать с азов. Консолидация отрасли, на мой взгляд, должна идти на базе вуза, тем более на базе экономического вуза. В центре есть образовательные программы, на которые мы будем набирать слушателей с 1 сентября – такие как «Основы цифровой экономики», «Краудфаундинг и бизнес-акселерация», «Роль Big Data в цифровой трансформации экономики», «Кибербезопасность» – всего 10 курсов.

– На каком этапе проект находится сейчас? Какие планы на ближайшее время?

– Первая задача, которую я ставлю перед собой: собрать на базе Центра все новое и необходимое для развития цифровой экономики как на периметре, так и внутри РЭУ. На периметре я вижу специалистов, которые в 2017-2018 годах занимались цифровой экономикой: это представители различных ветвей власти, управленцы госкорпораций, представители финтеха, в том числе банковского сообщества и некого «криптохаоса», специалисты по кибербезопасности, активные участники площадок «Сколково», РВК… Я считаю, это одна из главнейших моих задач – включить представителей данных организаций в экспертный совет Центра.

Второе направление – консолидация внутри вуза фундаментальной школы с новыми течениями, которые развиваются перманентно. Центр призван объединить всех преподавателей, научных сотрудников, студентов, которые увлечены идеями цифровизации, чтобы им не приходилось выдумывать велосипед, который уже изобретен в соседней аудитории.

Третья составляющая – разработка образовательных программ для разных групп населения. Дмитрий Медведев в одном из выступлений говорил, что базовым минимумом знаний по цифровой экономике должен владеть каждый, в том числе госслужащие, сотрудники госкорпораций, градообразующих предприятий и других значимых организаций. Сейчас нам важно понять емкость этого образовательного направления, и тогда уже будет смысл говорить о планах. В РЭУ строится целый корпус Цифровой экономики на 23000 кв. м, где в будущем и будет располагаться Центр.

– Я знаю, что по инициативе попечителей в РЭУ создано и уже год работает «Рейтинговое агентство оценки проектов цифровой экономики». Чем оно занимается?

– Давайте начнем с того, что в России сложилась интересная ситуация: деньги на развитие инновационных проектов найти очень тяжело, особенно в регионах, при этом у населения «под подушкой», как сообщают источники в ЦБ РФ, около 20 триллионов рублей. В банки люди их не несут в силу больших рисков внезапного отзыва лицензий, да и сами банки не видят проектов, которые соответствуют требованиям ЦБ. Таким образом, открывается спрос на иной инструмент финансирования подобных проектов и таким инструментом является краудфандинг. Я имею ввиду краудфандинг в рублях на понятных площадках, и здесь возникает спрос на качественное рейтингование цифровых проектов.

– На рынке же есть несколько рейтинговых агентств?

– Да, и все они работают с конфликтом интересов. Например, чтобы рейтинговать компании в традиционной экономике, рейтинговое агентство заключает с рейтингуемым сделку и получает плату. Это обусловлено в том числе необходимостью бизнеса открывать сторонним организациям свои инсайды. Понимаете, кто платит за музыку, тот ее и заказывает. В такой ситуации всегда есть элемент, как это корректнее сказать, необъективности. Просто напомню, что рейтинг Lehman Brothers за три часа до банкротства был ААА. Это исключено, когда работаешь в цифре с цифрой. Мы за полгода отрейтинговали 500 проектов цифровой экономики, не заключая никаких договоров, а просто извещая тех, кто делает эти проекты. Вся информация о них открыта, точка отсчета каждого, этапы развития видны в интернете. Просто входим на сайт, оцениваем и пишем команде: «Мы вас рейтингуем так-то, согласно методике, которая разработана с участием специалистов РЭУ имени Г.В. Плеханова». И записываем результат в блокчейн, созданный российскими разработчиками. Мы не получаем от компаний деньги, мы говорим как есть. Используя цифру и блокчейн, мы поднимаем упавшую репутацию рейтинговой отрасли. «Субъективная» экспертность сведена к минимуму, потому что проекты оцениваются по определенной методике – во всех проектах есть какие-то общие вещи, а отраслевую специфику оценивают уже эксперты. Методика и смарт-контракт, в котором она отражена, эволюционирует после каждого рейтингования. Оценка 500 проектов уже позволяет анализировать многое используя Big data и искусственный интеллект.

Который и заменит «Большую четверку»?

– Совершенно верно: им на смену придет объективность цифровых данных и доверительность системы блокчейна. Мы фиксируем рейтинг, используя эту технологию, показываем его динамику и изменить его мы не в силах. Это же прекрасно! Переводятся в цифру факторы, которые приводили к конфликту интересов. Не цифровизируется только одно – сходимость. Допустим, система дала высокий рейтинг одному из проектов. Он зашел на рынок, а через два дня или две недели его основатели собрали деньги, сказали: «Да ну вас!» – и уехали. Это человеческий фактор, его нельзя оцифровать. Кстати, сегодня сама реальность подталкивает команду не «доделывать» ICO.

– Собрать деньги и раствориться?

– В условиях отсутствия международной регуляторики возможны различные судебные прецеденты. Допустим, есть два конкурирующих государства, гражданин одного из них вложил средства в ICO-проект, проводимый в другом. После он подает в суд на территории своего государства заявление о нарушении своих прав, команда проекта подвергается уголовному преследованию, несет финансовые риски. В проект вкладывают средства множество венчурных микроинвесторов, и каждый сегодня несет потенциальные риски, поэтому ICO нужна международная регуляторика. Хотя в последние три-четыре месяца ситуация меняется. Так легко собрать деньги на ICO, как прежде, уже не получится: аудитории нужно обязательно продукт показать, хотя бы в стадии бета, а лучше в стадии альфа. Эволюция, безусловно, идет.

– То есть я как пользователь, инвестор потенциальный, смогу выбрать проект с помощью ваших рейтинговых инструментов? Как это работает?

– На одной из площадок, скажем, Crowd Digital, мы проводим перманентное рейтингование заявленных проектов и выполняем функции эскроу. То есть привлекаем средства инвесторов для проекта, а выдавать их стартапу будем только после определенного этапа. Это, наверное, единственный способ неспециалисту выбрать объект для инвестирования. В наше время важно построение открытой экосистемы, основанной на доверии. Crowd Digital – цифровая экосистема, которая включает в себя и рейтинговое агентство, которое дает оценку проектов цифровой экономики, и сообщество пользователей криптовалют, и краудфандинговую площадку, и саморегулирующуюся организацию, у которой роль профсоюза. Это дает огромные возможности бизнесу: есть у предпринимателя гениальная мысль, обратился к сообществу, тебе ее упаковали, а послезавтра – собрали под нее деньги.

– Как оцениваете рынок краудфандинга в целом?

– Он незначительный и достаточно закрытый. Я думаю, 4-5 миллиардов рублей в 2017 году. В этом году, по моим оценкам, рост будет около 20-30%.

– Проектов столько наберем?

– Набрать можно сотни. Воронки поиска проектов – их сейчас огромное количество – работают продуктивно. Но надо ли рынку столько стартапов? Мне кажется, на краудфандинговой площадке должно быть около 50 проектов по 8 самым значимым отраслям.

– Блочейн-проекты есть на площадке?

– Есть, конечно. Но блокчейн не является знаком качества: термин зачастую используется для медийки, хайпа и антуража. По некоторым оценкам, скамовых проектов, связанных с криптой, – порядка 90%. Как я уже говорил, это не от того, что проект создают мошенники, а из-за того, что нет стимулов его реализовывать. Блокчейн – как бумага: ты можешь написать прекрасное интервью, потрясающую поэму, а можешь заявление в милицию на соседа…

– Криптовалюты ведь не так уж и плохи: есть мнение, что они помогут бороться с санкциями. Вы как глава подкомитета инновационно-венчурного финансирования проектов в Торгово-промышленной палате с этим согласны?

– На базе той экосистемы, которую я назвал, была разработана некая модель, которая позволяет использовать цифровые деньги для обхода санкций. Надо сказать, что компании, попавшие под санкции, успешно апробировали эти инструменты. Вопрос стоял в том, как учитывать криптовалюту в фиатной системе на обыкновенном балансе. Мы нашли ответ – как нематериальный актив. А раз есть учет, остальное – дело техники. В данное время криптовалюта завешивается на баланс как нематериальный актив, который ежедневно переоценивается, здесь можно использовать ту же систему рейтингования или оценочную компанию. Соответственно, раз есть нематериальный актив, есть валюта баланса, а значит, некая связь с акциями или чистыми активами. С ними уже можно делать и выпуск векселей, и мену, и другие действия. Или использовать некую «встречку» в расчетах или мене. Если брать мену, то между акциями и, например, криптовалютой в рамках перевода долга используют соглашения об отступном, новации. Все инструменты есть, использовать их надо точечно. В качестве примера можно взять валюту Tether, у нее практически отсутствует волатильность, по сути, это своеобразный курс доллара, её используют в этой модели. Как знать, вполне возможно, такие действия и регуляторам нашим будут в помощь. Это уже апробировано – давайте облачим в законодательную форму, скажем, в рамках правил бухгалтерского учета, и начнем повсеместно использовать. Чего бояться, если этот инструмент позволяет обходить ограничения, которые введены недружественными России странами? На каждое действие сейчас есть цифровое противодействие.

Беседовала Анна Орешкина

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»