ENG
Интервью, Это интересно

Владимир Мамонтов: «Надо делать радио ярких личностей»

Сегодня не так часты живые примеры стремительного становления медиакомпании, которой бы за неполные два года, да еще и в разгар кризиса, удавалось бы вырасти в одну из наиболее востребованных на рынке разговорных радиостанций, поставляющую при этом не развлекательный, а общественно-политический контент. В 2014 году радиостанция «Говорит Москва» завоевала премию «Прорыв года 2014», в 2015 — была удостоена номинации «Лучшая информационная радиостанция» Всероссийской премии в области радиовещания «Radio Station Awards 2015». Благодаря чему был достигнут успех, и не только об этом, нашему корреспонденту рассказал генеральный директор радиостанции, известный российский журналист Владимир Мамонтов.

© РИА Новости / Владимир Трефилов

О серьёзном — живо и с драйвом 

— В какой степени радио разговорного жанра, с вашей точки зрения, на российском рынке структурировано, в какой мере популярно у аудитории? И насколько общественно-политический формат в эфире выстоял в конкуренции со стороны коллег, делающих акцент на развлекательные передачи?

— Безусловно, разговорный формат на радио выстоял; но это, как ни удивительно, произошло потому, что в него были внедрены важные элементы именно развлекательного формата. Если бы этого сделано не было, если бы радио продолжало оставаться исключительно помпезным, формальным, официальным, сообщающим ровным голосом новости — не выстояло бы оно. При этом быстро организовалась и развилась структурированность вещания: мы знаем, что есть, например, радио, которое слушают в основном бизнесмены. Такое радио может не быть, условно говоря, веселым или острым. Оно в состоянии (и даже вполне успешно для себя) существовать при достаточно спокойной оценке политической ситуации, придерживаясь предельно взвешенного, тонкого анализа сложившейся на данный момент картины в экономике. И здесь тот случай, когда точность и компетентность являются верными способами борьбы за свою аудиторию.

Но если мы всё-таки говорим о разговорном радио для широкой публики, о радиостанции «общего формата», то, чтобы состояться профессионально, занять на рынке достойную позицию, необходимо делать радио своевременных новостей и ярких личностей, резких суждений. Иначе говоря, радио, которое не стеснялось бы быть зачастую необъективным (возможно, завтра оно само, устами своих ведущих, признается в этом), но, в любом случае, — работающим на эмоциях, «на нерве», на том, что явно задевает человека. А задеть человека, который много знает, который сам себя воспринимает как существо мыслящее, непросто: надо уметь быть и информированным, и остроумным, и злым. В любом случае — ярким, непохожим на других.

— Категории яркости как-то подразделяете?

— Да, её характеристики подчас полярны (в зависимости от конкретной творческой задачи) — от веселого артистизма до, скажем, унылого шизофренизма. То есть у микрофона может быть ярко очерченный мизантроп, который о чем-то рассказывает, а оторваться — невозможно! Но главное — чтобы было умно, интересно, а не выставление на всеобщее обозрение собственных комплексов. От тех, кто так скатывается, мы, скажу прямо, избавляемся, исходя из логичной постановки вопроса: зачем компании скучный бессмысленный дяденька, который не способен удерживать аудиторию? Есть у нас и полнейшая противоположность данному типажу — главный редактор радиостанции, он же блистательный ведущий утренней программы «Подъем» Сергей Доренко.

«Сочный кусок мяса» для аудитории

— Тут важна терминология. У кого-то в голове при упоминании «яркости» сразу возникает, скажем, «Европа плюс», радио «Шансон» или «Юмор FM». Но я не про это. Если предметно говорить об аудитории «Говорит Москва», её костяк лично я бы обрисовал так: это современный, скорее преуспевающий — или бьющийся за это — мужчина (а повезёт — и женщина), не зря же у Сергея Доренко такой баритон; лет до 40; у слушателя есть автомобиль, радио он включает преимущественно за рулем, потому что слушать передачи где-либо еще нет ни времени, ни возможности. А он, между тем, активно живет в гуще сегодняшней жизни, толкается в пробках; для него не «круто», уверяю вас, переключаться на «номинально» развлекательные станции с низкокачественной попсой или плоским юмором. Если уж он выбрал разговорный жанр, то рассчитывает получить сочный кусок мяса. Да такой, чтоб капало, чтоб прожарен был не сильно, и при этом сама говядина изначально была хорошей. И Сергей Леонидович эту задачу прекрасно понимает и с коллегами по эфиру ежедневно реализует. В любом случае, наша аудитория — не бабушка в провинции (хотя мы её не отгоняем, «вэлкам»!), по старой привычке радостно откликающаяся на звуки из трехпрограммника проводного вещания, и не либерал-интеллигент, который сидит дома и едва ли не поминутно восхищается, прильнув к динамику: «Вот как здорово пнули по кровавому режиму!»

— Кстати, ваши слушатели и у «Эха Москвы» главным образом в чем различны? 

— Наши моложе (и значительно), гораздо более деятельны, больше погружены не в политические свары, а в вопросы выживания. У них, как правило, семьи, где дети растут. Их волнует будущее страны. Их на мякине не проведёшь. Они знают, как устроен мир, потому что по нему поездили. Они не экономят три копейки — это уж точно; но и своего так просто не отдадут. Эти люди — скептики, не верящие на слово; любящие, я бы сказал, продемонстрировать свой профессионализм, иногда — цинизм, драйв. Но внутри — это люди нормальные. С душой. Конечно, образованные.

Свой взгляд на рейтинги и рекламную службу 

— Рейтинги радио- и телеэфиров — пункт, заставляющий при одном упоминании испытывать волнение всех причастных к производственному процессу, от директора до корреспондента-стажёра. Вас устраивает механизм определения рейтингов среди медийных компаний? Как бы сами оценили показатели у «Говорит Москва»?

Как-то специально мы на радиостанции рейтинги не анализируем. Мы исходим из того, что те, кто их определяет, — люди профессиональные; и их публикациям, которые они, в общем-то, не из пальца высасывают, полагаю, можно доверять. У нас — стабильно высокий рейтинг среди «собратьев» по разговорному жанру. По цитируемости мы вообще далеко первые. Тут надо видеть приоритет оценки: зачем, кому нужны данные по рейтингам? Перед вами как радиослушателем хвастаться? Они дают эффект при заключении рекламных контрактов.

— Оформление таких контрактов входит в функции рекламной службы «Говорит Москва»? 

— У нас вообще рекламной службы как таковой в штате нет. Мы посчитали смету и пришли к выводу, что содержать целую рекламную структуру, со штатным расписанием, окладами, премиями — непомерно дорого. И просто неэффективно. Потому пошли по современному пути аутсортинга, решив так: было бы целесообразно, чтобы за весь рекламный блок отвечал «Национальный рекламный альянс», бывший «Видео Интернейшнл». По сути, «НРА» — наши подрядчики; часть заработанных денег, определенную договором, они берут себе, остальное полагается радиостанции. Мы весьма плодотворно сотрудничаем: в 2016 году план по рекламным доходам был выполнен, по уходящему году тоже нормальная перспектива.

— Расскажите об учредителе.

— У нас учредитель — структуры известного бизнесмена Михаила Гуцериева.

Известинский опыт — в плюс радио

— Владимир Константинович, опыт главного редактора крупнейших российских газет, «Известий» и «Комсомольской правды», больше помогает на нынешней должности гендиректора радиостанции или мешает?

— Опыт человеческого общения, разумеется, помогает: именно сейчас, когда я, никогда до этого не работавший на радио, с декабря 2014 года стал гендиректором радиостанции. У нас дирекция насчитывает всего 6 человек: ваш покорный слуга, финансовый директор, руководитель спецпроектов, бухгалтер, юрист, специалист по канцелярскому и организационному сектору. В этом раскладе и кроется отчасти ответ на ваш вопрос по связи с печатной прессой: мой помощник, де-факто управделами, — мой коллега еще с «Известий», умеющий в кратчайшие сроки организовать любое офисное пространство. И время. Финдиректор разбирается, помимо своей прямой специализации, в металлах и углях, и разве что не в «медных трубах»; всё это, поверьте, пригождается в сегодняшней работе. И я не боюсь перед ними выглядеть ни дураком, ни невежей. В сухом остатке — команда у нас сложилась, установлены доверительные отношения, всё работает.

— Искушения чисто журналистского (известно, что вы как главред были, в отличие от других, активно пишущим) у вас нет — вести авторскую программу или хотя бы выступать периодически с какими-то репликами?

— Вот этого не надо. Я придерживаюсь концепции четкого разграничения административных и творческих задач. У радиостанции есть главный редактор Сергей Леонидович Доренко, который полностью отвечает за контент, за редакционную политику. По её результатам я — как и обычный слушатель — могу судить; благодаря ей у нас в эфире возможны самые разные мнения — от либералов Ирины Прохоровой и Леонида Гозмана до экономистов левых взглядов Александра Бузгалина, Михаила Делягина и Михаила Хазина. Тем более, мы принципиально против какой-либо кастовости и сектантства в выборе гостей, воззрения которых можем не разделять. А дальше — редакционная политика. Устав, действующий закон о печати. Я лично счел бы большой ошибкой со своей должности гендиректора лезть в компетенцию главного редактора и что-то ему навязывать.

Вообще, баланс между гендиректором и главным редактором — актуальнейший вопрос, это и первейшее условие нормальной жизни любого средства массовой информации, и своего рода роскошь для него, которая, увы, нечасто проявляется в медийной практике. У меня был замечательный гендиректор в газете «Известия», Петр Годлевский, с которым мы проработали много лет, что называется, душа в душу. Умели находить компромисс в сложнейших ситуациях. Между тем, ныне всё чаще между двумя функциями, главреда и гендиректора, возникают — в основном из-за элементарного правого нигилизма — недостойные трения, дрязги, «перетягивание каната» с выяснениями, кто главнее, кто умнее. В итоге коллектив в ужасе мечется между двумя начальниками.

Что же касается собственного журналистского «я», то я его и сейчас продуктивно реализую — но вне стен радиостанции. Я — колумнист четырёх изданий, у меня количество подписчиков и друзей на Фейсбуке превышает тиражи иной московской газеты. К тому же я — регулярный участник политических шоу на федеральных телеканалах. Мне хватает.

Беседовал Алексей Голяков

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья