ENG
Добавить в избранное
Мнение, Это интересно

Чему гангстер может научить глав корпораций

Игорь Пылаев

Игорь Пылаев

Эксперт по массовым коммуникациям, автор книг по PR и маркетингу

Почему большим боссам нравятся плохие ребята типа Тони Монтана — гангстера из легендарного фильма «Лицо со шрамом»? Зачем руководителю примерять на себя образ криминального лидера, а не положительного киногероя? 

Фото: AnimeshBulusu / Flickr

Удивительно, как часто зрелые руководители и успешные топ-менеджеры уподобляются хорошим девочкам! Им также нравятся дрянные мальчики. Не в буквальном смысле, разумеется, а как пример для подражания. Перенимается их поведенческая модель.

Фильм режиссера Брайана де Пальма «Лицо со шрамом» (Scarface) вышел в прокат почти сорок лет назад. Но до сих пор образ Тони Монтана в исполнении Аль Пачино считается в корпоративной среде одним из самых притягательных. Почему? По ряду явных и, самое интересное, неочевидных причин.

В сухом остатке фильм «Лицо со шрамом» — о производственных отношениях. О трудовых буднях и ратных подвигах.

О парне с кубинских окраин, которому на первых шагах чуток подфартило. С подачи президента Кубы Фиделя Кастро Тони оказался в процветающих Соединенных Штатах Америки. Без копейки в кармане и без перспектив на сытое будущее. Однако он умудряется подняться до самых верхов. И это чудо свершается на глазах зрителей — свидетелей его стремительной карьеры. С одной принципиальной оговоркой. Тони Монтана — преступник, и вся его карьера строится в тени, где закон — тайга, а прокурор — медведь.

Первая попытка Тони вырваться из теневой среды на свет происходит в начале фильма. На допросе в миграционной службе он строит из себя славного малого, или трикстера. Это такая ролевая модель или архетип, которую обычно примеряют на себя в тех случаях, когда нужно быстро понравиться, здесь и сейчас. Типа, я свой в доску, такой же, как большинство. Без двойного дна и преступных наклонностей.

Но трюк не удается. Тони спалился на шраме под левым глазом (явно от ножа) и наколке на руке, которую набивали за совершенное убийство. Прямое указание на место Тони в криминальном мире: по статусу и по теневому архетипу — он душегуб.

Показательно, как мгновенно Тони переходит из архетипа «Славный малый» в теневой образ «Мага», суть которого в получении выгоды путем всевозможных речевых и психологических манипуляций. А как иначе пробиться без денег, власти, связей?

Через пару месяцев, проведенных в лагере для эмигрантов, Тони выпадает шанс проявить себя в деле. В обмен на свободу и грин-карту. Задача — ликвидировать бывшего соратника Фиделя. Политик схожим путем попал в лагерь для эмигрантов, где стал легкой мишенью.

«Поганая работа», — говорит Тони, оценивая деловое предложение. 

Иными словами, он прекрасно понимает разницу между добром и злом. Эта фраза крайне важна для вскрытия сущности главного героя фильма. Даже для демона убийство человека — непристойное занятие.

Впрочем, и в аду есть свои понятия, нормы и правила. Вдобавок политик — сам не святоша и на Кубе поломал многих людей. Поэтому Тони, после демонстративной паузы, соглашается:

«Скажи, что я с удовольствием. Мне коммуниста пришить — в радость. А за грин-карту я его порежу как художник». 

Око за око, как сказано в Библии. Даже если чужими руками. На теневой стороне бытия это случается сплошь и рядом. Где, как не аду, для достижения цели хороши буквально любые средства?!

«Мокрое дело» сделано, и Тони получает грин-карту, а с ней новую попытку на честную жизнь. Работу посудомойщика. Монтана пытается честно выжить на стороне добра. Но ровно столько экранного времени, чтобы зритель смог понять безнадежность этой затеи. Тони — как опасный вирус: из своей естественной среды он может вырваться в исключительном случае, и тогда это будет ужас-ужас, типа эпидемии. Но и для вируса это также означает смерть (от вакцины, например). Если вирус и сможет выжить, то за счет паразитирования и пожирания себе подобных — других вирусов.

Собственно, ровно этим Тони Монтана занимается почти весь фильм. Умело чередует теневые архетипы «Маг» и «Убийца».

Благодаря манипуляциям и интригам он быстро находит самый короткий путь к сердцу большого босса — наркобарона. Становится его правой рукой — от его имени ведет дела, по его заданию устраняет конкурентов. А при первом удобном случае — предает. Отжимает не только бизнес, но даже женщину своего бывшего благодетеля.

Ровным счетом, ничего святого. Как и полагается «в тени», то есть в аду. С волками жить — по-волчьи выть. Наоборот, было бы странно, если Тони свой карьерный рост соизмерял с легальными нормами и действовал с оглядкой на мораль.

В то же время Монтана четко проводит границу между тенью и светом, злом и добром. Рай в его понимании — дом его матери и сестры. Особенно старается опекать сестренку, для него она — «Принцесса», непорочная девушка, достойная самого лучшего места на светлой стороне жизни.

Мать не принимает грязных денег, соответственно, Тони передает их через сестру. А та очень быстро пускается во все тяжкие. Тони приставляет к ней соглядатая — своего друга и партнера по бизнесу «Мэнни».

Неожиданно между сестрой и «Мэнни» вспыхивают нежные чувства. Казалось бы, Тони должен радоваться: сестра взялась за ум, дело идет к свадьбе, верный друг обретет счастье. Почему Монтана воспринимает это как предательство? Причем и со стороны сестры, и со стороны друга?

Причина проста. Граница между раем и адом. Место сестры — на стороне добра, а она всё равно переступает запрещенную черту. Любовь — не оправдание. В аду нет места потусторонним чувствам. Такую же роковую ошибку совершает и «Мэнни» — влюбившись, он, как поплавок, выныривает из глубин преступного мира на солнечный свет.

К этому моменту, поведенческая модель Тони претерпела очередную трансформацию. Из теневого архетипа «Убийцы» перешел в образ «Людоеда». «Людоед» — обратная сторона архетипа «Правитель». Манипуляции и устранение конкурентов дали позитивный результат. Тони получил заветное кресло большого босса и свою криминальную империю.

Почему сразу «Людоед»? Потому что «Правитель» не уничтожает конкурентов, партнеров по бизнесу и подчиненных. Он в определенной мере гуманист, чтит уголовный кодекс и корпоративную этику. Общее между ними — единоначалие, и тот, и другой сами определяют «политику партии», требуют безусловного подчинения целям и задачам бизнеса.

Железобетонная для Тони черта между миром света и тьмы начала трещать по шву не только из-за предательства сестры и друга.

Самым неожиданным образом «треснул» и сам Монтана. Вдруг становится понятным истинное название фильма. Шрам под глазом главного героя это так, мелочи жизни. Для персонажа куда страшнее внутренний, ментальный излом.

Босс боссов, главарь крайне могущественного клана, в который входит «корпорация» во главе с Тони, поручает последнему убийство в Штатах еще одного политика. Монтана должен подложить под автомобиль жертвы бомбу с дистанционным управлением. И подорвать в строго определенном месте. Тони должен это сделать самолично, делегирование исключено. Такого условие босса всех боссов.

Мотивы такого решения сейчас не важны. Главное, для Тони — это удар по статусу. «Людоед» принимает решения, но для их исполнения всегда есть другие. В данном случае условия новой «сделки» вынуждают его снова взяться за старое — перейти в статус «Убийцы».

Политик садится в начиненную взрывчаткой машину не один, а с сыном. Всё! Взломан внутренний барьер гангстера, граница между раем и адом!

Убийство невинной души? Оказывается, для Тони это неприемлемо! Нет такой силы, которая заставит гангстера утащить за собой в ад ребенка! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Монтана отдает отчет: неисполнение приказа влечет за собой ликвидацию проштрафившегося исполнителя. Ему самому соскочить невозможно!

Для героя фильма — этот момент кульминационный. Он отказывается исполнять приказ сверху, тем самым возвращает себе статус босса. И становится хозяином своей судьбы. Во-вторых, оказывается, даже в «Людоеде» есть нечто живое, человеческое.

Не случайно иногда в русском переводе фильм иной раз именуют как «Человек со шрамом». Прямая отсылка к библейскому повествованию. Когда даже о разбойнике можно сказать «се Человек» и пропустить в рай вперед Христа. Монтана приносит себя в жертву. Ради жизни ребенка, невинной души отдает на заклание себя.

В-третьих, нет сомнений в осознанности действий Тони. В кульминационный момент он совершает три критически важных поступка. Спасает ребенка. Убивает своего друга, оставляя сестру вдовой. В обоих случаях мотивы Тони очевидны. Место невинных, чистых людей — в рай, на стороне добра, и никакая адская сила не должна покушаться на их статус-кво. Ни сам Тони Монтана, ни его друг «Мэнни». Для главного героя нет исключений из правил. Наконец, умирает как мужчина — с оружием в руках, встретив смерть в лицо! Одна из самых великолепных сцен фильма (пересказу не подлежит, только рекомендация к просмотру).

Тони Монтана — цельный образ, со своими убеждениями, ценностями, нормами и правилами. Он сам решает, куда идти и что делать. Ровно этот принцип отличает босса от подчиненного или топ-менеджера. Он понимает разницу между «плохой работой» и, наоборот, хорошей. И подписывается под ней (или не подписывается) неизменно при одном условии — если на то его воля, его решение.

Чем не пример для подражания? Далеко не каждый руководитель или владелец компании ради своих принципов готов пожертвовать собой, своей должностью, статусом, своей компанией наконец.

«Какая польза человеку, если он приобретет все богатства мира, а душу свою потеряет?»

Кажется, так сказано в Евангелии от Матфея?..


Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Наши телеграм-каналы:
Стартапы и технологии
Новые бизнес-тренды
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья