Инвестклимат

Затянуть пояса: финансовые и законодательные итоги 2018 года

2018 год не стал переломным ни в российском экономическом развитии, ни в российской экономической политике, однако ознаменовался несколькими очень резонансными событиями, среди которых все затмило повышение пенсионного возраста. Стараясь сгладить общественное возмущение, власти выпустили сообщение о повышении пенсионного возраста (а заодно — о повышении НДС) во время чемпионата мира по футболу, однако сделать неприятную новость незаметной не удалось: она произвела на общество крайне тяжелое впечатление. Ее влияние на общественное мнение длится до сих пор, понижая рейтинги властей и отражаясь на результатах региональных выборов. Как сказал управляющий директор отдела «Нефтегазовая промышленность, финансовые институты, недвижимость и строительные материалы» Банка ВТБ Армен Геворкян, среди всех методов пополнения бюджета (повышение налогов, пенсионная реформа, использование средств Фонда национального благосостояния, рост госдолга, структурные реформы) государство избрало первые два пункта (НДС и пенсии) — то есть решило оплачивать расходы за счет населения и бизнеса.

Художник: Юрий Аратовский

Инвестиций много не будет

По сути, Россия пришла к ситуации долговременного «снижения амбиций» в бюджетной сфере. В соответствии с утвержденным федеральным бюджетом на 2019—2021 гг., расходы федерального бюджета снизятся с 17,5% от ВВП в 2018 г. до 16,1% в 2021 г., а капитальные вложения в объекты государственной собственности — с 3,7% от общей суммы расходов федерального бюджета в 2018 г. до 2,7% в 2021 г. Проблема в том, что снижение государственных инвестиций не планируется компенсировать частными: уровень совокупных внутренних инвестиций в основной капитал сокращается с 11,4% от ВВП в 2018 г. до 9,2% в 2021 г. Комментируя эти цифры, руководитель департамента общественных финансов Финансового университета при Правительстве Российской Федерации доцент Светлана Солянникова отметила, что средства населения также не смогут стать драйвером экономического роста: по данным Росстата, средний уровень сбережений граждан составляет около 8% от их доходов, а темпы роста реальных доходов не превышают уровень инфляции. Кроме того, по мнению эксперта, высокая неопределенность по ряду внешних параметров функционирования российской экономики, низкая емкость и высокая волатильность российского финансового рынка делают высоким риск, что Минфин России не сможет привлечь запланированный объем государственных заимствований и профинансировать через бюджет развитие и реализацию национальных проектов и приоритетных государственных программ.

«В этой связи возникает вопрос, — говорит Светлана Солянникова, — не ждет ли майский указ 2018 года та же ситуация, что была с реализацией майских указов от 7 мая 2012 года?»

Как сказал заведующий кафедрой политической экономии и истории экономических наук РЭУ им. Г. В. Плеханова Руслан Дзарасов, неустойчивость цены на нефть способствует укоренению политики «бюджетной экономии», в соответствии с которой снижаются государственные расходы на поддержание экономического роста, науку и образование.

«Жесткое соблюдение т.н. “бюджетного правила” ведет к изъятию значительной части доходов государства из экономического оборота. Вместе с сохранением высокой ключевой ставки процента ЦБ это затрудняет выход экономики на траекторию устойчивого роста», — полагает Руслан Дзарасов.

Ускорение маневра

Поскольку источники пополнения бюджета становятся все более проблематичным, власти прибегли к ускорению «налогового маневра» в нефтяной промышленности, заключающегося в одновременном повышении НДПИ и снижении вывозной таможенной пошлины на нефть. Смысл маневра заключается прежде всего в том, чтобы стабилизировать нефтяные доходы бюджета даже в условиях, когда мировые цены на нефть неустойчивы. Соответственно, налоговая нагрузка перекладывается с экспорта на внутренний рынок нефти и нефтепродуктов. Новации вступают в действие с 1 января 2019 г. В их рамках предусмотрено постепенное (на 6 лет) обнуление вывозной таможенной пошлины на нефть посредством введения в формулу ее расчета корректирующего коэффициента и ежегодного снижения его значения. С целью компенсации выпадающих доходов бюджета предусмотрено повышение базовой ставки НДПИ на нефть и газовый конденсат и изменение формулы расчета данного налога. Директор Центра финансовой политики Финансового университета Вадим Понкратов уверен: обнуление вывозных таможенных пошлин повлечет рост внутренних цен на сырье и приведет к снижению доходности переработки нефти в России. Ситуация усугубится серьезным ростом акцизов на нефтепродукты: на бензин — с нынешних 8,2 тыс. руб./т до 12,3 тыс. руб./т в 2019 г., на дизельное топливо — 5,67 тыс. руб./т до 8,54 тыс. руб./т в 2019 г. Пытаться избежать резкого роста цен на топливо на внутреннем рынке предполагается посредством введения акциза на нефть с демпфирующей составляющей и логистическим коэффициентом для удаленных НПЗ.

Законодательные новшества

Кроме важных налоговых новаций, можно вспомнить, чем 2018 г. запомнился в сфере хозяйственного законодательства. Пенсионная реформа не свелась только к повышению возраста выхода на пенсию, но и включала в себя множество более мелких регулятивных новшеств. Как рассказал «Инвест-Форсайту» член совета директоров НПФ «Согласие» Александр Вьюницкий, для рынка негосударственных пенсионных фондов в 2018 году важным стало изменение законодательства в отношении права фондов на постоянную часть вознаграждения, которая составляет 0,75% от средней стоимости чистых активов фонда за год. Раньше у фондов существовала лишь переменная часть — не более 15% дохода, полученного от инвестирования пенсионных накоплений фонда, и выплачиваемая раз в год по его итогам. Кроме того, продолжился уход с рынка мелких игроков и дальнейшая консолидация рынка, снижение количества переходов застрахованных лиц из одних НПФ в другие НПФ и подготовка рынка к введению системы индивидуального пенсионного капитала (ИПК).

Профессор Департамента общественных финансов Финансового университета Марина Седова отмечает важность произошедших изменений законодательства в области социального обеспечения. Ратификация Российской Федерацией большей части разделов Конвенции МОТ №102 приведет к тому, что постепенно количественные нормы социальных выплат будут рассчитываться в процентах от средней заработной платы, в то время как сейчас в российском законодательстве они устанавливались либо в абсолютных цифрах, либо исходя из МРОТ или прожиточного минимума соответствующих групп населения. Кроме того, в составе доходов Пенсионного фонда России в 2018 г. закрепили поступления от реализации конфискованного имущества по коррупционным делам. Наконец, в уходящем году законодательно закрепили индексации страховых пенсий с 2019 по 2025 гг. в размере, превышающем ИПЦ. До принятия такого закона точно ответить на вопрос, какая будет пенсия, если выйти на нее на два года позже, ответить было нельзя.

То, чего не было

Многие эксперты указывают на законодательные новации, которые в 2018 г. ожидались, но не случились. Так и не был принят закон, легализующий операции с криптовалютами и токенами. Вернее, закон «О цифровых финансовых активах» приняли в первом чтении, но затем он подвергся острой критики Президентского совета по кодификации гражданского законодательства и, видимо, будет возвращен на стадию первого чтения. Впрочем, хайп вокруг криптовалют в уходящем году явно закончился.

Ну а по мнению председателя подкомитета по финансовой грамотности и финансовому оздоровлению Комитета ТПП РФ по финансовым рынкам и кредитным организациям, генерального директора ГК «Рыков групп» Ивана Рыкова, главным негативным итогом 2018 г. стало непринятие нового банкротного кодекса в РФ. Эксперт считает, что существующая редакция закона о несостоятельности (банкротстве) не отвечает экономическим реалиям.

«Я считаю, нам необходим новый комплексный банкротный кодекс и кодекс законов о взыскании долгов. Отсутствие подобных системных государственных инициатив привело к тому, что в России ситуация с просроченными задолженностями стала практически неуправляемой и грозит спровоцировать новый экономический кризис», — уверен Иван Рыков.

Он указывает, что, по данным Росстата, в 2018 году объем долгов корпоративного сектора подошёл к отметке 3 триллиона рублей. Таким образом, существенных реформ и законодательных новшеств в 2018 году не было, однако нехватка денег на государственном уровне ощущается все более явственно, и платить за это придется всем.

Автор: Константин Фрумкин

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья