ENG
Импортозамещение в агропромышленном секторе перестало быть просто антикризисной мерой — сегодня это базовый уровень, от которого отрасль должна оттолкнуться, чтобы выйти на новый виток развития. Опасность текущей повестки — свести всю работу к латанию «импортных дыр», не задаваясь вопросом, останутся ли импортозамещенные продукты и технологии конкурентными в долгосрочной перспективе.
Пройденный этап
Уход иностранных компаний с российского рынка стал серьезным испытанием для АПК, но одновременно дал импульс к ускоренной трансформации. В сжатые сроки отрасли пришлось перестраивать цепочки поставок, осваивать новые технологические решения и наращивать собственные компетенции.
Сегодня этот этап во многом пройден: растет число отечественных разработок, увеличивается доля российских гибридов, появляются собственные решения в сегменте сельхозтехники и средств защиты растений. Особенно заметна динамика в сферах, где доминируют крупные агрохолдинги: по ряду ключевых культур (пшеница, кукуруза, подсолнечник, соя, сахарная свекла) на долю крупных игроков приходится 60–70% посевных площадей. Именно они первыми получили ресурсы, инфраструктуру и господдержку для быстрого замещения импортных технологий.
Однако импортозамещение не гарантирует глобальной устойчивости отрасли.
Импортозамещение — не конечная цель
Оценивать успех только по объему произведенной продукции и количеству потраченных бюджетных средств — значит смотреть на проблему слишком узко. Компании торопятся отчитаться о выполнении плана и освоении целевых денег, но на выходе мы рискуем получить продукты, которые снова придется замещать из-за их несоответствия глобальным трендам. Российский АПК давно вышел за рамки локальной конкуренции. Агрохолдинги и даже фермеры продают свою продукцию на глобальном рынке и должны ориентироваться на мировые стандарты.
Один из таких стандартов — повышение эффективности сельского хозяйства. Например, многие страны Южной Америки собирают урожай картофеля или томатов 3–4 раза в год, а это значит, что и отечественным производителям нужно искать технологические прорывы, чтобы не проигрывать в эффективности.
Ключевой вопрос должен быть не в том, можем ли мы заменить импорт сейчас, а в том, можем ли мы создать продукт, который заменит импорт через 5–10 лет. Это касается не только гибридов, но и технологий. И то, и другое создается годами.
При разработке новых решений необходимо учитывать сразу несколько факторов:
- Мировой спрос: какие продукты будут востребованы в ключевых странах-импортерах.
- Требования переработчиков: например, пищевая промышленность все чаще запрашивает подсолнечное масло с высоким содержанием олеиновой кислоты, пригодное для многократной жарки.
- Экспортные рынки: перспективными выглядят поставки в Индию, Турцию, Азербайджан, а эти страны изначально ориентируются на продукцию, не характерную для России — нут, чечевицу и т.д.
- Поддержка высокотехнологичных производств: конкурентоспособные продукты создаются не в поле, а в лабораториях и конструкторских бюро.
- Изменение структуры потребления: появляются новые гастрокультурные тренды и пищевые привычки, которые нужно предвидеть.
Ориентируясь на эти факторы, можно сделать вывод, что российскому АПК необходимо оставаться частью мирового рынка — не только продуктового, но и технологического.
Не нужно бояться кооперации со здравомыслящими западными компаниями, у которых есть технологии, необходимые России. В каких-то случаях целесообразно получить эти технологии в обмен на сырье, как это уже происходило раньше. Научное знание не формируется в отдельно взятой стране. Ученым, создающим гибриды, средства защиты, стимуляторы для растений, нужны стажировки, нужен обмен опытом.
Завтрашний экспорт формируется сегодня
Создание нового гибрида — процесс, который занимает не один сезон. От идеи до массового использования проходят годы, поэтому решения, принимаемые сегодня, должны учитывать, каким будет рынок в долгосрочной перспективе. В качестве примера можно привести работу по выведению кондитерского подсолнечника и развитие линейки бобовых культур. Посевные площади под тот же нут или чечевицу — это задел на будущий экспорт.
При этом нельзя забывать о специфике разных сегментов рынка. Если в производстве зерновых и масличных культур доминируют агрохолдинги, то в овощеводстве или выращивании ягод основную долю занимают мелкие формы хозяйствования — КФХ и ЛПХ (до 70–90%). Следовательно, малому бизнесу тоже необходимо обеспечить доступ к технологиям, повышающим эффективность. Пока же они вынуждены опираться на собственный, в том числе «советский» опыт, который не способствует импортоопережению.
Импортозамещение — это не финиш, к которому все мы стремимся прийти победителями, это старт для новой стадии развития АПК. Задача этой стадии — создать, апробировать и предложить глобальному рынку продукты и технологии, отвечающие задачам завтрашнего дня. Для этого нужна долгосрочная стратегия: учет перспективных трендов, поддержка малых форм хозяйствования, инвестиции в кадры и кооперация с партнерами. Только такой подход позволит российскому АПК не просто выжить в новых условиях, а занять устойчивые позиции в глобальной экономике.
