ENG
Добавить в избранное
Мнение, Это интересно

Общественное благо: от интернета вещей к цифровой демократии

Михаил Савеличев

Михаил Савеличев

Начальник отдела качественных исследований ГБУ «Центр перспективных экономических исследований Академии наук Республики Татарстан»

В известном анекдоте Бог наказывает человека тем, что одаряет его соседа вдвое против того, что тот сам возжелал получить от Господа: деньгами, женщинами, славой. Но герой анекдота находит выход, пожелав, чтобы ему подбили один глаз. При всей анекдотичности, история как нельзя лучше описывает эффект экстерналий, или побочных эффектов, которые сопутствуют любым экономическим процессам. 

Фото: depositphotos.com
Фото: depositphotos.com

Первым, кто концептуально описал данный эффект, причем в позитивном ключе, был Адам Смит, чья «невидимая рука» рынка и есть положительное побочное воздействие предпринимательства, которое, само того не желая, обеспечивая собственное благосостояние, одновременно обеспечивает рост благосостояния всего общества.

Но не все столь радужно и благостно в рыночной экономике, на что обратил внимание другой классик политэкономии, основоположник теории блага Артур Пигу, описавший процесс негативных воздействий одних экономических агентов на других. Хрестоматийным является пример завода, который производит полезную обществу продукцию, но при этом же наносит обществу ущерб, загрязняя окружающую среду своими отходами. Еще более актуальный пример отрицательных экстерналий — пандемия коронавируса — чем не побочный эффект глобализации? Чихнули в Китае, залихорадило весь мир.

Таким образом, еще классики экономической науки заметили: когда кому-то хорошо, всегда найдется тот, кому от этого хорошо — плохо. Устранить подобные эффекты не получится, да к тому же нередок вариант, когда от того, что вашему соседу хорошо, вам в два раза лучше.

Кроме того, внешние эффекты в современной экономике могут становиться дополнительным источником роста общественного благосостояния. Но для этого их необходимо интернализировать, иначе говоря, включить в экономический расчет либо в качестве убытка, либо прибыли.

Первейшая проблема экстерналий — распределение ответственности: ау, кто крайний? Пигу предлагал возлагать ответственность на производителя — источника внешних эффектов, заставляя того платить за порождаемые ими экстерналии. На этом построена, в частности, современная система природоохранных налогов и штрафов.

Рональд Коуз в своей знаменитой теореме доказывал: кто владеет собственностью, тот и платит, и вообще в мире с четко определенными правами собственности экстерналий не возникает.

Но если следовать предложенным «Пигу, Коуз и К» рецептам, то оказывается, что и здесь в свою очередь возникают побочные эффекты, так сказать, экстерналии второго порядка. Кто и как должен платить жителям, под чьими окнами функционирует, например, мусороперерабатывающий завод городского или, не дай бог, регионального масштаба? Всем хорошо, кроме тех, кто рядом с заводом живет. Загвоздка еще и в том, что обложенное штрафами предприятие, а то и вовсе закрытое и переехавшее в менее экологично-озабоченные страны, лишает рабочих мест тех, кто страдал от его выбросов, и вот они дышат чистым воздухом, но сидят без работы, на пособиях. Опять не всем хорошо.

То же с собственностью — пойди разберись в современной запутанной системе перекрестного владения, разделения прав собственности на отдельные составляющие, кто за что и как должен отвечать? Истории про активистов, десятки лет ведущих судебные тяжбы с крупными корпорациями о компенсации нанесенных природе и здоровью ущерба, — из этой серии. Виноваты все, значит, никто не несет ответственности.

Важным аспектом экстерналий является не только их выявление, но их интернализация, то есть включение в экономический расчет в рамках существующего законодательства либо с помощью гражданских инициатив. Например, чтобы доказать негативное влияние производства на окружающую среду и здоровье людей, необходимо на физическом уровне определить наличие в его выбросах вредных веществ. Здесь на помощь могут прийти технологии интернета вещей: разнообразные датчики, подключенные к Сети, которые не только измеряют все и вся, но и записывают измерения в специально для этого созданный блокчейн, дабы полученные данные были доступны всем и при этом не поддавались фальсификации в интересах бенефициаров технологически «грязного» предприятия.

Вспомните, какой популярностью стали пользоваться датчики-оксиметры во время пандемии, которые если не определяли точно наличие коронавирусной инфекции, то давали тревожный сигнал к дальнейшим действиям. Почему же останавливаться на достигнутом и не измерять наличие вредных веществ в воздухе, почве или воде?

Но физическая констатация присутствия экстерналии — только первый шаг. Необходимо формирование некого общественного института, например инициативной группы, которая возьмет на себя донесение полученной информации в СМИ, природоохранные органы или иные инстанции, как пел в свое время Высоцкий: «Мы напишем… в Спортлото».

Впрочем, за последнее время произошли поистине тектонические сдвиги на технологической почве, именуемые «цифровой демократией». Под этим подразумевается возможность для граждан через свои цифровые гаджеты формировать коллективные усилия для решения животрепещущих проблем, например сообщая в ответственные службы о замеченных ими нарушениях и контролируя (опять же через мобильные устройства) устранение нарушений. Так, мобильное приложение позволяет сообщать в ГИБДД о замеченных неравнодушными гражданами нарушениях дорожного движения, в муниципальные органы — о несанкционированных свалках и так далее, причем список подобных приложений растет в рамках расширения платформы «цифрового государства».

Понятно, что подобной формой «цифровая демократия» не ограничится; воздействие общественных групп может и должно быть более разнообразным, вплоть до организации на соответствующей цифровой платформе прямого голосования, например по поводу размещения в районе пресловутого мусороперерабатывающего предприятия.

Вот формируется технологическая цепочка: экстерналия (побочный эффект) — интернет вещей (обнаружение физического наличия экстерналии через разные «умные» датчики) — блокчейн (запись и открытое хранение данных об экстерналиях) — «цифровая демократия» (достижение согласия по поводу необходимости урегулирования экстерналии) — институт (нормативно-правовое урегулирование экстерналии через штрафы или, наоборот, льготы) — общественное благо. Профит!

Конечно, это весьма эскизная схема, ибо могут быть реализованы более изощренные механизмы трансформации экстерналий в общественное благо, например через использование «биржи токенов», когда предприятие, которое является источником положительной экстерналии (бывают ведь и такие!), получает от граждан через те же мобильные платформы за приносимое им общественное благо токены, которые вправе обменять на специально организованной для этого «бирже токенов» на региональные или местные льготы, инвестиции и тому подобное.

Как мы говорили, экстерналии бывают не только со знаком минус, но и со знаком плюс. «Невидимая рука» рынка вполне может стать не только видимой, но и более щедрой. Но важно, что все эти элементы сейчас активно развиваются, а необходимость обратить пристальное внимание на экстерналии в условиях мировой пандемии вряд ли требует доказательства.

Вы чихнули? Будьте здоровы! И занесите данный факт в блокчейн с названием «Пандемия». На всякий случай. Давайте делать добро из зла, потому как его действительно больше не из чего делать.

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья