ENG
Инвестиции

Почему в России не будет своего Илона Маска

Рынок венчурных инвестиций России после кризиса 2014 года пережил шок. Исчезли бизнесмены, готовые вложиться в стартап и ждать дохода десять лет. Низкая покупательная способность локального бизнеса привела к тому, что такой доход и вовсе стало иногда невозможно получить. В результате перспективные проекты тестируют свои технологии в России и предпочитают уезжать в Европу и США, где проще масштабировать бизнес. По мнению управляющего партнера инвестиционной компании Xploration Capital Евгения Тимко, российский венчурный рынок можно сравнивать с периферийными странами Европы и некоторыми государствами Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Однако в ближайшие годы Россия отстанет и от этих стран. В ходе обучающего семинара для сотрудников «Роснано» Евгений Тимко рассказал, из-за чего на российском рынке осталось мало зарубежных инвесторов, какие стартапы пользуются самым высоким доверием и почему в ближайшее время в России не появится своего Марка Цукерберга и Илона Маска. 

Почему в России не будет своего Илона МаскаОт «Дикого Запада» до «Яндекса» и обратно

Венчурный рынок России, по словам Евгения Тимко, начал зарождаться в конце 90-х, его развитие совпало со становлением интернета. Вначале российские стартапы в погоне за быстрым успехом копировали модели западных компаний. На рынке почти не было денег, инвесторов найти было невозможно, хотя уже начали появляться первые инвестфонды. Одним из таких фондов был Baring Vostok Майкла Калви и Елены Ивашенцевой. «Яндекс» в это время стоил пятнадцать миллионов долларов. Никто не мог вообразить, что цена его активов дойдет до более чем десяти миллиардов.

Второй этап российский венчурный рынок пережил после финансового кризиса в 2009–2014 гг., когда на рынке стали как грибы появляться венчурные фонды. В стране родились первые крупные интернет-компании. Одна из таких компаний — Avito — до сих пор остается единственным российским стартапом стоимостью в миллиард долларов. Проект Nginx тоже добился успеха: в этом году его продали почти за $700 млн. Начала создаваться широкая венчурная экосистема, акселераторы, «Сколково», РВК. Активно смотрели на российский рынок и западные фонды — в России каждый год проходили десятки сделок с западными деньгами.

Однако в 2014 году после присоединения Крыма все изменилось: на венчурном рынке почти не осталось иностранцев. Российская экономика вернулась в эпоху «Дикого Запада», из которой она только-только начала выходить. Однако не обошлось и без хороших новостей: в стране стали развиваться новые направления — финтех, промтех и искусственный интеллект (ИИ). Два последних сегмента в ближайшие 5–10 лет будут активно расти в стране независимо от того, какой будет венчурная среда. Спрос на промтех с ростом импортозамещения в России будет всегда, а в области ИИ российские разработчики получили признание за рубежом.

Почему в России не будет своего Илона Маска

Крым пожирает инвестиции

Структура российского венчурного рынка на первый взгляд такая же, как у американского или китайского. Но если присмотреться внимательней, мы увидим очень серьезные перекосы. Так, доля частных фондов на российском венчурном рынке в разы меньше, чем в других странах, и составляет менее 10%. Зато непропорционально большую долю в России занимают корпорации, доля которых в прошлом году достигла трети рынка. И это не считая последних сделок Сбербанка, как, например, более $500 млн инвестиций в совместное предприятие с Mail.ru.

Если до 2014 года доля России в глобальном венчурном рынке составляла 3%, то сейчас все изменилось. Общий объем рынка упал с 2012 года почти в четыре раза. Это произошло сразу после присоединения Крыма. Если в 2012 году общий объем рынка составлял $912 млн, то в 2014 году он упал до $244 млн. Правда, в 2018 году рынок немного восстановился: он вырос до $425 млн. Однако это все равно небольшой объем — разрыв с развитыми странами продолжает расти. Еще 10 лет назад Россия была если не большим игроком на глобальном венчурном рынке, то с долей в 3% она являлась видимой частью экосистемы. Сейчас же доля РФ составляет всего 0,2%, и больших предпосылок к ее росту в ближайшее время нет.

Самый большой интерес для инвесторов, как и десять, и двадцать лет назад, вызывают IT-проекты. В них исторически инвестируется до 80% всех венчурных средств. Все остальные сегменты, вроде промтеха или биотеха, хоть и активно развиваются, но все равно дают всего по несколько сделок в месяц против нескольких тысяч в США.

Почему в России не будет своего Илона Маска

Цукерберг убегает из России

Между тем на фоне некоторых стран никакой катастрофы на российском венчурном рынке нет. Сегодня остается ряд государств, которые, несмотря на развитую экономику, в области развития венчурных инвестиций остаются позади России. Так, еще недавно венчурный рынок России был более развитым, чем у Японии. А в какой-нибудь Италии дела еще хуже, стартапу привлечь инвестиции в разы сложнее.

Что хуже: в стране остается крайне мало больших выходов. Если Mail.ru, «Яндекс» и Сбербанк еще что-то могут покупать, то ожидать, что инвесторы получат ликвидность со стороны более классического крупного бизнеса, совсем не приходится. Даже странно предположить, что стартапы может покупать кто-то вроде Сургутнефтегаза. И это при том, что она с большим отрывом самая богатая компания в России. Однако стали богатыми они без покупок стартапов, и вряд ли в ближайшие годы начнут активно смотреть в их сторону.

Почему в России не будет своего Илона Маска

От большинства стран Европы, Китая и США венчурный рынок России, к сожалению, уже сильно отстал. Есть, правда, и позитивные новости: в других постсоветских странах все гораздо хуже. Например, в Казахстане вообще нет локального рынка, нет сильных IT-стартапов, так как не развита математическая школа. Деньги там можно привлечь только у одиозных олигархов, большую доходность не получить. Лучше ситуация на Украине, но из-за того, что она больше смотрит на Запад, многие бизнесмены просто уезжают из страны.

Есть, правда, еще Белоруссия, где сегодня вполне можно построить международный бизнес. В Белоруссии есть венчурные стартапы ценой под $1 млрд, там создана свободная зона для предпринимателей с английским правом.

Но вернемся к России — у нее все-таки остаются перспективы. Девальвация рубля сделала российский рынок научной и технической разработки самым дешевым в мире. И это дало толчок к привлечению иностранных инвестиций. Хотя в ближайшее время у нас вряд ли появятся свой Илон Маск или Марк Цукерберг.

Почему в России не будет своего Илона Маска

Автор: Александр Столяров

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья