ENG
Интервью, Это интересно

Валерий Дударев: «Люди, ведающие печатью, плохо образованы и малограмотны!»

Как сегодня живет литературный журнал с более чем 60-летней историей, многие годы умевший объединять молодых и взрослых читателей? Насколько в настоящее время эффективна политика государственной поддержки серьезного чтения? Меняется ли стереотипный образ потенциального спонсора и мецената культуры? Об этом и многом другом беседа нашего корреспондента с главным редактором журнала «Юность», лауреатом «Премии им. С. Есенина» и «Новый век-2012», поэтом Валерием Дударевым. 

«Подводные камни» тиражей

— Валерий Фёдорович, журнал, который вы возглавляете 11 лет в качестве главного редактора, на пике своей популярности имел в 1989 году тираж более 3 миллионов подписчиков. А какова динамика подписки на сегодня? Применяете ли вы с коллегами какие-либо новые, более мобильные формы общения с аудиторией — как в лице «привычного» состава, так и среди молодого, компьютеризованного поколения читателей?

— Тираж более 3 миллионов подписчиков — тираж ненормальный. Он не показывает реальной востребованности того или иного издания. Первый главный редактор «Юности» Валентин Катаев, казалось бы, увеличил тираж на 500 тысяч. Следующий главный редактор «Юности» — Борис Полевой, который фактически создал лицо журнала таким, каким мы его теперь знаем. Кстати, даже в прямом смысле: знаменитая линогравюра Стасиса Красаускаса «Юность» появилась на титуле журнала в марте 1963 года. Так вот, тираж нашего издания при Полевом опять вырос. Просто работала великая государственная машина! И нужное ей издание доходило в самые отдаленные уголки Советского Союза. В так называемую эпоху перестройки верхушке власти нужно было раскачать мозги народу, отвлечь от реальных целей по развалу державы — безумные тиражи «Юности» тут очень пригодились, но меньше всего о развитии литературы думали. Зависел ли тираж от стараний главного редактора? Думаю, нет. Хороший пример — журнал «Смена». Его редактирует замечательный стилист и организатор Михаил Кизилов. Он возглавлял «Смену» и в 1989 году, а тираж тогда у этого издания превышал тираж «Юности». И сегодня Кизилов на своем посту, а тираж его издания вписывается в общую для литературных журналов тенденцию: от 1 до 10 тыс. экземпляров. Так и у «Юности»: к июлю тираж понижается до 2-3 тысяч, к январю — повышается до 5. Но государственная машина в ельцинское время не просто забыла о толстых литературных журналах, она решила их уничтожить. Государству требовались торгаши, а думающие романтики стали не нужны, литература настоящая не нужна стала. К нам в редакцию приходили люди новые кремлевские! Разговор у них был коротким. Раз мы теперь идем западным путем, а на Западе литературных журналов нет, то и в России их быть не должно. А при Путине нам вдруг стали давать какие-то маленькие деньги. В так называемый «Год литературы» дали аж один миллион двести тысяч рублей — правда, до этого целый год ничего не давали. У меня был смешной случай при общении с одним еще лужковским администратором. Когда он узнал, сколько журнал получает дотационных денег в год, то вскинул брови и воскликнул: «Как? Миллион двести тысяч долларов в год на журнал федерального значения?!» «Рублей!» Случилась немая сцена. Такие вот мы разные… За два года до смерти великий русский писатель Валентин Распутин попросил Владимира Путина не за себя — попросил сохранить толстые литературные журналы как национальное достояние России. Путин строго предупредил чиновников: «Не надо мудрить! Просто дайте денег». Денег нам, как водится, не дали; но пару лет библиотеки страны повыписывали толстые журналы, в том числе «Юность», тираж резко пополз вверх. Однако чиновники от печати сделали все, чтобы остановить этот процесс. Остановили. Более того, нас самих заставили оформлять денежные выплаты в казначействе — это филологов-то! Так что от государства мы в прошлом году опять ничего не получили. А совсем недавно мне позвонил один крупный чиновник от печати в ранге заместителя министра и потребовал, чтобы мы передали наш зарегистрированный знаменитый товарный знак… Фабрике по производству трусов и маек. Я отказался. Вот его финальная реплика: «Мне плевать на ваш журнал, мне плевать на ваш коллектив, мне плевать на вашего юриста, я вас уничтожу». Этого человека я слышал первый раз в жизни. Люди, ведающие печатью, сидят на своих местах более двадцати лет. Часто они плохо образованы и малограмотны. Только такие люди могли перевести журнал «Юность» из Министерства культуры в Министерство связи. Мы очень хотим вернуться обратно.

Давно пора перевести всё книгоиздание и все исторические литературные журналы в систему Министерства культуры. Когда-то Борис Васильев мне говорил: «Я пишу для подростков и для юношества. Не бойтесь писать, представляя своего читателя». Государству давно пора сделать так, чтобы журнал «Юность» находился в каждой школьной библиотеке — как всегда и было. И многие проблемы отпадут сами собой. Ведь многие молодые люди читают журнал на нашем сайте, и почта молодёжная у нас приличная — со всего мира. Мы открыли при журнале культурный центр «Юность», создаем ежемесячную программу на радио «Русский мир», проводим дни журнала в регионах России.

«Неудобные» толстые журналы

— Выйдя, как другие ваши собратья по литературной периодике, из некогда тёплого крыла Союза писателей и став независимым изданием, «Юность» как литературный журнал действительно обрела свободу (достаточно вспомнить, как тяжело приходилось вашему предшественнику Андрею Дементьеву отстаивать перед цензурой публикации Владимира Войновича и Юрия Полякова). Но ныне от творческих людей всё чаще слышишь — на смену чиновничьей цензуры пришла денежная. Насколько это злободневно для «Юности»? 

— Цензура существовала и в лихие девяностые. Однажды мы опубликовали добрую пародию нашего читателя на речь Ельцина. Приехали в редакцию «добрые люди» в масках и изъяли весь тираж. А отстаивать свои произведения настоящему автору приходится всю жизнь. В литературной студии, перед редактором, перед коллегами, перед читателями, в конце концов. Подлинная литература никогда не боялась цензуры. Вспомним историю «Горя от ума», а практически гениальная поэма «Москва — Петушки» в наше время разошлась на цитаты задолго до своей урезанной публикации в журнале «Трезвость и культура». Публикация Войновича в «Юности» особо-то не добавила популярности его Чонкину. Эта вещь давно ходила в списках и звучала по западным радиоголосам. А через какое-то время стало понятно: русского Швейка не получилось. Юрий Поляков — писатель не просто замечательный, он резкий, неудобный, даже непредсказуемый. И в развитии его дара чувствуется школа «Юности». А в развитии школы важнейшую роль играет редактор. Ведь редактор — не просто помощник, он первый читатель, порой понимающий замысел произведения лучше самого автора. Каким замечательным редактором был Твардовский! В «Юности» создателем многих известных писательских имен выступала Мэри Лазаревна Озерова. Сегодня, к сожалению, в области культуры — а в области литературы, книгоиздания особенно — по-прежнему властвуют разрушители ельцинского разлива. В своей авторской программе «Культурная революция» экс-министр Швыдкой меня всерьез спрашивал: «Разве сегодня нужен редактор? Ведь свобода же!» Умный человек! И от этого еще страшнее. Борясь с цензурой, уничтожили идеологию. Если перефразировать великого философа современности Александра Зиновьева: целились в идеологию, попали в литературу. Толстые литературные журналы сегодня — последний бастион и камертон художественного слова. Именно поэтому они так неугодны чиновникам от книгоиздания. Казалось бы, имей свое карманное издательство, свою карманную премию (например, премия «Большая книга» возникла на пустом месте), вози одних и тех же людей на заграничные выставки — и будет тебе счастье греться в государственных финансовых потоках. И греются наши чиновники десятилетиями. А тут еще какие-то толстые литературные журналы мешаются! Сегодня для литературы время в каком-то смысле более страшное, чем советское. Это Сталин интересовался у Пастернака: «А Мандельштам мастер?» Сегодня ничем интересоваться не надо. Главное — иметь родственника в Кремле, и хочешь — издавайся любыми тиражами, хочешь — командуй батальоном в Донбассе, а хочешь — просто открой свой ресторан. Игра! Но в настоящей литературе еще «дышат почва и судьба».

Между грантом и брендом — бутафория с ярмарками, книжными и разными… 

— Может ли влиять на программирование редакционной политики журнала предоставление тех или иных грантов? Они обходят вас стороной или радуют? Получает ли сегодня ваше издание помощь от государства — если да, в чём она выражается?

— Государство спускает через Агентство по печати при Министерстве связи определенную тему (например, «если книг читать не будешь — скоро грамоту забудешь!»). Мы публикуем определенное количество материалов по теме и получаем помощь. Тысяч 600. В прошлом году денег не было вовсе. А ситуация с чтением в нашей стране катастрофическая! Все эти выставки — особенно на Красной площади — лишь бутафория и обман читателя. Ведь при этом по стране закрываются книжные магазины, в библиотеках списываются и сжигаются прекрасные книги. У государства в этой области не просматривается никакой стратегии, да и тактика ведет к финалу рассказа Аркадия Аверченко «Эволюция русской книги».

— Формат «Юности», утвердившийся еще при Валентине Катаеве, когда в ней настоящая литература органично соседствовала с цветными репродукциями современных художников и с публикацией материалов, к примеру, раздела сатиры и юмора «Зеленый портфель» или остропублицистической «20 комнаты», всегда требовал дополнительных полиграфических затрат. Насколько сейчас эту производственную планку удаётся поддерживать?

— Это невероятно, но все рубрики мы сохранили. В ближайших номерах у нас, например, беседы с замечательным художником Никасом Сафроновым (интервью ИФ с ним читайте здесь — ред.), которого либералы так не любят. Мы представляем в журнале и маленькую выставку его работ. Кстати, в свое время Никас Сафронов дружил со Стасисом Красаускасом. Так что не только мир тесен, но и время наше…

— В экономике и социальной сфере всё большее распространение получают отношения государственно-частного партнёрства. Есть ли друзья, партнёры, частные спонсоры неувядающей «Юности»?

— За долгое время общения с разного рода предпринимателями могу констатировать: у этих людей полностью атрофировано чувство прекрасного. Их интересуют денежные потоки и как съесть конкурента… Примеры? Вот не так уж и давно один известный колбасник листал журнал, повторяя лишь: «Бренд, контент…» Потом пропал, напоследок заметив: «Этим молодежь не обманем…» Еще раньше некий предприниматель из-за рубежа доказывал: «Вы будете так же работать, как работали. Мы просто станем прогонять через ваш счет некоторые суммы…» Потом из новостей мы узнали, что этот «перегонщик» связан с потоками наркотиков и арестован. А совсем недавно одна фирма со всемирно известным брендом требовала от нас отдать наш символ им для постоянного размещения — на огромной фабричной стене (у них даже эстетическое чувство не ночевало). Они подключили административный ресурс, но мы им отказали. Современные предприниматели не то что не хотят помочь — с ними нельзя организовывать совместные проекты. Современный делец — человек без совести! Они могут лишь «отжать», «урвать», «кинуть». К сожалению, иных деловых людей мы не встречали.

С молодежью работаем без совещаний 

— С недавних пор вы активно опробуете радиоверсию журнала. Расскажите поподробнее об этом.

— Всё очень просто: постоянная рубрика «Национальная идея». Мы ищем ее вместе с патриархом отечественной словесности Львом Аннинским. Обязательные встречи с поэтами современности. Острые темы. Например, о трагедии высшего и среднего образования сегодня. Архив «Юности». Читаем материалы из «Юности» разных лет. Голоса молодых — продолжение «20-й комнаты». В финале — обязательно песня с хорошими стихами или крепкие стихи, которые лишь притворяются песнями. То, что не звучит на других радиостанциях: Александр Галич, Аркадий Северный, Новелла Матвеева, редкий Владимир Высоцкий, живущие ныне поэты-исполнители с «лица не общим выражением». Кстати, на радио «Русский мир» во время чемпионата мира по футболу нам запретили ставить песню Галича о футбольном матче между командами СССР и Англии, хотя в сети это произведение может послушать каждый желающий. Такая вот свобода.

— Литература, адресованная в первую очередь молодым, — к чему обязывает, собственно, само название журнала — в какой мере её существование подпитывается организационными мерами, призванными «дать воздух» творчеству вступающих в жизнь прозаиков, поэтов, критиков, драматургов? Участвует ли журнал в совещаниях молодых писателей, практику которых возобновил, как известно, Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ во главе с Сергеем Филатовым?

— А зачем нам совещания?.. Мы каждый день работаем с молодыми авторами. Есть много ярких поэтических имен, не так уж давно нами открытых. Могу долго рассказывать, как Андрей Вознесенский вводил в литературу наших молодых поэтов. Есть замечательные молодые прозаики. Один фермер из Красноярского края пишет вещи удивительные! А есть москвич, нестандартно создающий прозу о школьной жизни. В ближайших номерах — повесть молодого затворника из-под Иркутска. Мы с нашими авторами годами работаем. Недельные семинары, пусть даже филатовские, мало помогают начинающим писателям реально. Тут необходим постоянный процесс. Нужны профессиональные литераторы. А не так, что сегодня ты инженер, потом крупный чиновник, а там уж можно и литературой поруководить. И еще — о цензуре. Многие участники филатовского семинара приходили в «Юность» с горячим желанием написать правду об этом торжественном мероприятии. Да так и не сподобились. Один начинающий инженер человеческих душ, уходя, почти шепотом промямлил: «Правду напишешь, а потом тебе эти дяди все дороги перекроют!» Россия литературная. Двадцать первый век.

Беседовал Алексей Голяков

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья