ENG
Добавить в избранное
Интервью, Это интересно

Валерий Дударев: «Люди, ведающие печатью, плохо образованы и малограмотны!»

Как сегодня живет литературный журнал с более чем 60-летней историей, многие годы умевший объединять молодых и взрослых читателей? Насколько в настоящее время эффективна политика государственной поддержки серьезного чтения? Меняется ли стереотипный образ потенциального спонсора и мецената культуры? Об этом и многом другом беседа нашего корреспондента с главным редактором журнала «Юность», лауреатом «Премии им. С. Есенина» и «Новый век-2012», поэтом Валерием Дударевым. 

«Подводные камни» тиражей

— Валерий Фёдорович, журнал, который вы возглавляете 11 лет в качестве главного редактора, на пике своей популярности имел в 1989 году тираж более 3 миллионов подписчиков. А какова динамика подписки на сегодня? Применяете ли вы с коллегами какие-либо новые, более мобильные формы общения с аудиторией — как в лице «привычного» состава, так и среди молодого, компьютеризованного поколения читателей?

— Тираж более 3 миллионов подписчиков — тираж ненормальный. Он не показывает реальной востребованности того или иного издания. Первый главный редактор «Юности» Валентин Катаев, казалось бы, увеличил тираж на 500 тысяч. Следующий главный редактор «Юности» — Борис Полевой, который фактически создал лицо журнала таким, каким мы его теперь знаем. Кстати, даже в прямом смысле: знаменитая линогравюра Стасиса Красаускаса «Юность» появилась на титуле журнала в марте 1963 года. Так вот, тираж нашего издания при Полевом опять вырос. Просто работала великая государственная машина! И нужное ей издание доходило в самые отдаленные уголки Советского Союза. В так называемую эпоху перестройки верхушке власти нужно было раскачать мозги народу, отвлечь от реальных целей по развалу державы — безумные тиражи «Юности» тут очень пригодились, но меньше всего о развитии литературы думали. Зависел ли тираж от стараний главного редактора? Думаю, нет. Хороший пример — журнал «Смена». Его редактирует замечательный стилист и организатор Михаил Кизилов. Он возглавлял «Смену» и в 1989 году, а тираж тогда у этого издания превышал тираж «Юности». И сегодня Кизилов на своем посту, а тираж его издания вписывается в общую для литературных журналов тенденцию: от 1 до 10 тыс. экземпляров. Так и у «Юности»: к июлю тираж понижается до 2-3 тысяч, к январю — повышается до 5. Но государственная машина в ельцинское время не просто забыла о толстых литературных журналах, она решила их уничтожить. Государству требовались торгаши, а думающие романтики стали не нужны, литература настоящая не нужна стала. К нам в редакцию приходили люди новые кремлевские! Разговор у них был коротким. Раз мы теперь идем западным путем, а на Западе литературных журналов нет, то и в России их быть не должно. А при Путине нам вдруг стали давать какие-то маленькие деньги. В так называемый «Год литературы» дали аж один миллион двести тысяч рублей — правда, до этого целый год ничего не давали. У меня был смешной случай при общении с одним еще лужковским администратором. Когда он узнал, сколько журнал получает дотационных денег в год, то вскинул брови и воскликнул: «Как? Миллион двести тысяч долларов в год на журнал федерального значения?!» «Рублей!» Случилась немая сцена. Такие вот мы разные… За два года до смерти великий русский писатель Валентин Распутин попросил Владимира Путина не за себя — попросил сохранить толстые литературные журналы как национальное достояние России. Путин строго предупредил чиновников: «Не надо мудрить! Просто дайте денег». Денег нам, как водится, не дали; но пару лет библиотеки страны повыписывали толстые журналы, в том числе «Юность», тираж резко пополз вверх. Однако чиновники от печати сделали все, чтобы остановить этот процесс. Остановили. Более того, нас самих заставили оформлять денежные выплаты в казначействе — это филологов-то! Так что от государства мы в прошлом году опять ничего не получили. А совсем недавно мне позвонил один крупный чиновник от печати в ранге заместителя министра и потребовал, чтобы мы передали наш зарегистрированный знаменитый товарный знак… Фабрике по производству трусов и маек. Я отказался. Вот его финальная реплика: «Мне плевать на ваш журнал, мне плевать на ваш коллектив, мне плевать на вашего юриста, я вас уничтожу». Этого человека я слышал первый раз в жизни. Люди, ведающие печатью, сидят на своих местах более двадцати лет. Часто они плохо образованы и малограмотны. Только такие люди могли перевести журнал «Юность» из Министерства культуры в Министерство связи. Мы очень хотим вернуться обратно.

Давно пора перевести всё книгоиздание и все исторические литературные журналы в систему Министерства культуры. Когда-то Борис Васильев мне говорил: «Я пишу для подростков и для юношества. Не бойтесь писать, представляя своего читателя». Государству давно пора сделать так, чтобы журнал «Юность» находился в каждой школьной библиотеке — как всегда и было. И многие проблемы отпадут сами собой. Ведь многие молодые люди читают журнал на нашем сайте, и почта молодёжная у нас приличная — со всего мира. Мы открыли при журнале культурный центр «Юность», создаем ежемесячную программу на радио «Русский мир», проводим дни журнала в регионах России.

«Неудобные» толстые журналы

— Выйдя, как другие ваши собратья по литературной периодике, из некогда тёплого крыла Союза писателей и став независимым изданием, «Юность» как литературный журнал действительно обрела свободу (достаточно вспомнить, как тяжело приходилось вашему предшественнику Андрею Дементьеву отстаивать перед цензурой публикации Владимира Войновича и Юрия Полякова). Но ныне от творческих людей всё чаще слышишь — на смену чиновничьей цензуры пришла денежная. Насколько это злободневно для «Юности»? 

— Цензура существовала и в лихие девяностые. Однажды мы опубликовали добрую пародию нашего читателя на речь Ельцина. Приехали в редакцию «добрые люди» в масках и изъяли весь тираж. А отстаивать свои произведения настоящему автору приходится всю жизнь. В литературной студии, перед редактором, перед коллегами, перед читателями, в конце концов. Подлинная литература никогда не боялась цензуры. Вспомним историю «Горя от ума», а практически гениальная поэма «Москва — Петушки» в наше время разошлась на цитаты задолго до своей урезанной публикации в журнале «Трезвость и культура». Публикация Войновича в «Юности» особо-то не добавила популярности его Чонкину. Эта вещь давно ходила в списках и звучала по западным радиоголосам. А через какое-то время стало понятно: русского Швейка не получилось. Юрий Поляков — писатель не просто замечательный, он резкий, неудобный, даже непредсказуемый. И в развитии его дара чувствуется школа «Юности». А в развитии школы важнейшую роль играет редактор. Ведь редактор — не просто помощник, он первый читатель, порой понимающий замысел произведения лучше самого автора. Каким замечательным редактором был Твардовский! В «Юности» создателем многих известных писательских имен выступала Мэри Лазаревна Озерова. Сегодня, к сожалению, в области культуры — а в области литературы, книгоиздания особенно — по-прежнему властвуют разрушители ельцинского разлива. В своей авторской программе «Культурная революция» экс-министр Швыдкой меня всерьез спрашивал: «Разве сегодня нужен редактор? Ведь свобода же!» Умный человек! И от этого еще страшнее. Борясь с цензурой, уничтожили идеологию. Если перефразировать великого философа современности Александра Зиновьева: целились в идеологию, попали в литературу. Толстые литературные журналы сегодня — последний бастион и камертон художественного слова. Именно поэтому они так неугодны чиновникам от книгоиздания. Казалось бы, имей свое карманное издательство, свою карманную премию (например, премия «Большая книга» возникла на пустом месте), вози одних и тех же людей на заграничные выставки — и будет тебе счастье греться в государственных финансовых потоках. И греются наши чиновники десятилетиями. А тут еще какие-то толстые литературные журналы мешаются! Сегодня для литературы время в каком-то смысле более страшное, чем советское. Это Сталин интересовался у Пастернака: «А Мандельштам мастер?» Сегодня ничем интересоваться не надо. Главное — иметь родственника в Кремле, и хочешь — издавайся любыми тиражами, хочешь — командуй батальоном в Донбассе, а хочешь — просто открой свой ресторан. Игра! Но в настоящей литературе еще «дышат почва и судьба».

Между грантом и брендом — бутафория с ярмарками, книжными и разными… 

— Может ли влиять на программирование редакционной политики журнала предоставление тех или иных грантов? Они обходят вас стороной или радуют? Получает ли сегодня ваше издание помощь от государства — если да, в чём она выражается?

— Государство спускает через Агентство по печати при Министерстве связи определенную тему (например, «если книг читать не будешь — скоро грамоту забудешь!»). Мы публикуем определенное количество материалов по теме и получаем помощь. Тысяч 600. В прошлом году денег не было вовсе. А ситуация с чтением в нашей стране катастрофическая! Все эти выставки — особенно на Красной площади — лишь бутафория и обман читателя. Ведь при этом по стране закрываются книжные магазины, в библиотеках списываются и сжигаются прекрасные книги. У государства в этой области не просматривается никакой стратегии, да и тактика ведет к финалу рассказа Аркадия Аверченко «Эволюция русской книги».

— Формат «Юности», утвердившийся еще при Валентине Катаеве, когда в ней настоящая литература органично соседствовала с цветными репродукциями современных художников и с публикацией материалов, к примеру, раздела сатиры и юмора «Зеленый портфель» или остропублицистической «20 комнаты», всегда требовал дополнительных полиграфических затрат. Насколько сейчас эту производственную планку удаётся поддерживать?

— Это невероятно, но все рубрики мы сохранили. В ближайших номерах у нас, например, беседы с замечательным художником Никасом Сафроновым (интервью ИФ с ним читайте здесь — ред.), которого либералы так не любят. Мы представляем в журнале и маленькую выставку его работ. Кстати, в свое время Никас Сафронов дружил со Стасисом Красаускасом. Так что не только мир тесен, но и время наше…

— В экономике и социальной сфере всё большее распространение получают отношения государственно-частного партнёрства. Есть ли друзья, партнёры, частные спонсоры неувядающей «Юности»?

— За долгое время общения с разного рода предпринимателями могу констатировать: у этих людей полностью атрофировано чувство прекрасного. Их интересуют денежные потоки и как съесть конкурента… Примеры? Вот не так уж и давно один известный колбасник листал журнал, повторяя лишь: «Бренд, контент…» Потом пропал, напоследок заметив: «Этим молодежь не обманем…» Еще раньше некий предприниматель из-за рубежа доказывал: «Вы будете так же работать, как работали. Мы просто станем прогонять через ваш счет некоторые суммы…» Потом из новостей мы узнали, что этот «перегонщик» связан с потоками наркотиков и арестован. А совсем недавно одна фирма со всемирно известным брендом требовала от нас отдать наш символ им для постоянного размещения — на огромной фабричной стене (у них даже эстетическое чувство не ночевало). Они подключили административный ресурс, но мы им отказали. Современные предприниматели не то что не хотят помочь — с ними нельзя организовывать совместные проекты. Современный делец — человек без совести! Они могут лишь «отжать», «урвать», «кинуть». К сожалению, иных деловых людей мы не встречали.

С молодежью работаем без совещаний 

— С недавних пор вы активно опробуете радиоверсию журнала. Расскажите поподробнее об этом.

— Всё очень просто: постоянная рубрика «Национальная идея». Мы ищем ее вместе с патриархом отечественной словесности Львом Аннинским. Обязательные встречи с поэтами современности. Острые темы. Например, о трагедии высшего и среднего образования сегодня. Архив «Юности». Читаем материалы из «Юности» разных лет. Голоса молодых — продолжение «20-й комнаты». В финале — обязательно песня с хорошими стихами или крепкие стихи, которые лишь притворяются песнями. То, что не звучит на других радиостанциях: Александр Галич, Аркадий Северный, Новелла Матвеева, редкий Владимир Высоцкий, живущие ныне поэты-исполнители с «лица не общим выражением». Кстати, на радио «Русский мир» во время чемпионата мира по футболу нам запретили ставить песню Галича о футбольном матче между командами СССР и Англии, хотя в сети это произведение может послушать каждый желающий. Такая вот свобода.

— Литература, адресованная в первую очередь молодым, — к чему обязывает, собственно, само название журнала — в какой мере её существование подпитывается организационными мерами, призванными «дать воздух» творчеству вступающих в жизнь прозаиков, поэтов, критиков, драматургов? Участвует ли журнал в совещаниях молодых писателей, практику которых возобновил, как известно, Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ во главе с Сергеем Филатовым?

— А зачем нам совещания?.. Мы каждый день работаем с молодыми авторами. Есть много ярких поэтических имен, не так уж давно нами открытых. Могу долго рассказывать, как Андрей Вознесенский вводил в литературу наших молодых поэтов. Есть замечательные молодые прозаики. Один фермер из Красноярского края пишет вещи удивительные! А есть москвич, нестандартно создающий прозу о школьной жизни. В ближайших номерах — повесть молодого затворника из-под Иркутска. Мы с нашими авторами годами работаем. Недельные семинары, пусть даже филатовские, мало помогают начинающим писателям реально. Тут необходим постоянный процесс. Нужны профессиональные литераторы. А не так, что сегодня ты инженер, потом крупный чиновник, а там уж можно и литературой поруководить. И еще — о цензуре. Многие участники филатовского семинара приходили в «Юность» с горячим желанием написать правду об этом торжественном мероприятии. Да так и не сподобились. Один начинающий инженер человеческих душ, уходя, почти шепотом промямлил: «Правду напишешь, а потом тебе эти дяди все дороги перекроют!» Россия литературная. Двадцать первый век.

Беседовал Алексей Голяков

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Вам понравился этот текст? Вы можете поддержать наше издание, купив пакет информационных услуг
Загрузка...
Предыдущая статьяСледующая статья